Тьфу на эту публику! Но я противник и столь же бессмысленных репрессий – из желания угодить государю.
Дурново слушал внимательно и кивал.
– Мы с вами думаем одинаково, – констатировал он. – Правда, вам недостает масштаба, ну так вы и не метите в министры.
– Избави бог!
– Вот и объяснились, Алексей Николаевич. Повторю: я давно слежу за вами и ценю ваши многочисленные достоинства. Так что вы меня не опасайтесь. А теперь расскажите о командировке на Кавказ. Что там было на самом деле? Генерал Фрезе прислал бумагу, он ходатайствует о награждении вас Станиславом первой степени! Но князь Голицын отказался ее визировать.
Награждать или не награждать своего чиновника особых поручений – решать только нам, в министерстве. Но горячность Фрезе меня заинтересовала. Итак, что произошло?
Лыков рассказал всю историю с раскрытием «большой постирочной» от начала и до конца. Дурново слушал внимательно и почти не задавал уточняющих вопросов. У сыщика создалось впечатление, что тот откуда-то все уже знает.
И хочет лишь проверить свои источники.
– Значит, у князя Голицына под носом свили гнездо аферисты?
– Да. Вице-директор канцелярии, начальник личного конвоя и губернский казначей. Плюс личности помельче. Эти люди выходили на прямые отношения с абреками, главарями уголовных банд, революционерами.
– Кошмар, – скривился Дурново. – А князь третий месяц ошивается в Петербурге. Как будто дел у него на Кавказе нет, все в порядке. А из вашего рассказа следует иное.
– Петр Николаевич, Плеве, когда посылал меня в Тифлис, дал еще одно указание, – решился сыщик.
– Понять, на месте ли князь Голицын. И кого кавказские влиятельные люди считают более подходящим.
– Ага! – оживился тайный советник. – Это вторая тема нашего разговора. Ну, давайте обсудим и ее. Видите ли, государь вчера спросил у меня то же самое.
– Вот как? Надо полагать, задание от Плеве он же инициировал?
– Безусловно. И что сказали вам кавказские влиятельные люди?
Лыков подобрался: вопрос выходил важным, политическим.
Это тебе не Динда-Пето ловить…
– Они убеждены, что Голицын не годится в представители верховной власти. Особенно в таком трудном месте, каким является Кавказ. Князь мелок и характером, и умом. Злопамятен. Его необъяснимая ненависть к армянам ссорит государя с предприимчивым и талантливым народом. Который к тому же одной с нами веры. А зачем потребовалось закрывать армянские школы и храмы? Но недовольны также и татары, и грузины.
