– Господи, ма! – восклицает Мэрайя, глядя, как Вера всухомятку жует воздушный рис. – Ты тут вечеринку устроила, что ли?
– Вот, значит, какую благодарность я получаю за то, что присматривала за домом?! – обиженно фыркает Милли.
– Просто можно было восстановить продуктовые запасы. Для твоего же удобства.
Милли закатывает глаза:
– А те стервятники, конечно, только вежливо помахали бы мне, когда я отправилась бы в магазин.
– Если они тебя тревожили, нужно было отвечать не стесняясь. – Мэрайя берет сумочку и шагает к двери.
– Скоро вернусь.
Однако оказывается, что улизнуть от репортеров не так просто, как она предполагала. По-черепашьи продвигаясь к шоссе, она чуть не сбивает мужчину, который выкатил инвалидную коляску своей дочери прямо ей под колеса. Несмотря на присутствие полицейских, окна, бампер и багажник ее машины трогают сотни рук.
– Боже мой! – ахает Мэрайя, потрясенная таким многолюдьем.
Только после того, как она проползла по дороге четверть мили, ей наконец удается увеличить скорость.
"
"Она думала, что если с ней нет Веры, то следом никто не увяжется. Но три машины все-таки едут за ней. Она специально петляет, надеясь отделаться от хвоста. Два автомобиля действительно теряются где-то на окраине Нью-Ханаана, а третий доезжает прямо до парковки продуктового магазина соседнего городка, но там сворачивает в другую сторону, и Мэрайя понимает, что это был не назойливый репортер, а скорее всего, просто человек, который ехал по своим делам.
По магазину она ходит пригнув голову.
Берет дыню, салат и английские маффины, стараясь не встречаться взглядом с другими покупателями. Твердо задавшись целью остаться никем не замеченной, она мрачно катит тележку по рядам, пока не оказывается в отделе замороженных продуктов. Там кто-то вдруг хватает ее за руку и утаскивает за высокую витрину с мороженым.
– Иэн…
На нем джинсы, старенькая фланелевая рубашка и бейсболка, низко надвинутая на лоб. Лицо небрито. Мэрайя дотрагивается до его щеки:
– Это твоя маскировка?
Рука Иэна скользит от ее запястья к плечу.
– Я хотел узнать, как все прошло в суде.
Где-то у Мэрайи внутри гаснет маленький огонек.
– А-а… Понятно.
– И еще я хотел тебя увидеть. – Его пальцы гладят нежную кожу на внутренней стороне ее руки. – Мне это очень нужно.
Она поднимает глаза:
– Суд через пять недель.
Даже под козырьком бейсболки глаза Иэна поражают чистой арктической синевой и силой взгляда, который пронзает Мэрайю, как бабочку.
