— Объясните мне, тупорезу этакому, чем мог насолить вашему… вот ему… обычный врач? Среднестатистический хирург, оперирующий пациентов в городской больнице! Яйца он ему, что ли, криво пришил? За что моего отца можно так люто ненавидеть?
Народу юмор Андрея пришелся по душе: кто-то понимающе фыркал, кто-то откровенно гоготал и нескромно похрюкивал. Однако и те, и другие ошарашенно умолкли на полуслове, позабыв про подколки и шутки, стоило Дмитрию удобно развалиться на своем стуле.
Честно говоря, он не просто вальяжно «перетек» из состояния «стоя» в состояние «сидя».
Ему показалось этого мало.
Таким же непринужденным движением он легонько дернул Лизу, вынуждая ее плавно осесть на его коленях. Стоило подчиниться, Похомов тут же уткнулся носом в ее волосы и шумно втянул в себя воздух. И дышал. Дышал.
Да так, словно ее запах и был его единственным кислородом!
— Кроха…
Тихий хрипловатый шепот на ухо, продирающий своей чувственностью до глубины души.
«Ничего не бойся», — сказал он ей чуть ранее.
Она и не боялась, просто…
Просто сердце наружу рвалось от запредельного количества эндорфина и адреналина, страшными дозами бушующего в крови.
Просто нутро замирало всякий раз, когда муж опалял ее затылок тяжелым рваным дыханием и стискивал талию своими ручищами, прижимая ее спиной к своей груди все плотнее.
Просто на грани обморока балансировала, цепенея от ужаса.
Рискуя сорваться прямиком в пропасть.
Только и всего…
Мама дорогая! Какими же ошеломленными, а вместе с тем и крайне озверевшими взглядами таращились на них Похом и Прокурор!
Нет, глазели-то все!
Но так, словно испепелить готовы, причем незамедлительно – лишь эти двое.
Кровь отхлынула с лица, делая саму Лизу чуть «румянее» больничной простыни. Она рефлекторно сжалась в комок, практически вдавливая свое трясущееся тельце в грудь мужа. Подсознательно умоляя его о защите.
И к счастью, он это прочувствовал!
Чересчур спокойно, будто ничего сверхъестественного не происходило прямо сейчас, Дмитрий дотянулся за ближайшей бутылкой коньяка:
— Чего уставились? —невозмутимо поинтересовался он у своего отца и ее дяди.
— Отвечать парню сегодня кто-нибудь собирается? Нет?
— А ты, случаем, ничего не попутал… щегол? — совсем недобро скрипнул зубами Борис, практически ядовитым шепотом озвучивая вопрос. Наверняка он сдерживался из последних сил, дабы не заорать во всю мощь голосовых связок. — Берега, например?!
— Выдохни, Борис Андреевич! — искренне посоветовал ему Борзый, откупоривая бутылку спиртного.
