Но вот я, вот она, вот темный коридор нашего колледжа. Я касаюсь ее губ своими и содрогаюсь – настолько это приятно. Клянусь, ни с одной девушкой до этого, ни в одной моей фантазии такого не было. Я переживаю новый и оттого шокирующий опыт. Я горю и хочу спалить ее вместе с собой. Изо всех сил прижимаю к себе хрупкую девочку, которую, как мне казалось, я почти ненавижу.
Каждую секунду боюсь, что она меня оттолкнет. Упрется в грудь, заставит ее отпустить, пренебрежительно назовет по фамилии, спросит, что я делаю.
Долгие несколько секунд я паникую, но наконец она мне отвечает. Несмело и робко, как будто даже неумело, но я отлетаю куда-то в стратосферу. Одну руку завожу себе за спину и открываю дверь какой-то аудитории. Тяну Женю за собой, и она следует, не прерывая нашего контакта. Мы оказываемся в полной темноте, помещение, в отличие от коридора, не освещается вообще никак, разве что светом далекого уличного фонаря.
Я прижимаю Женю к стене. Она и так близко, но мне все мало.
Наконец, решаюсь и языком раздвигаю ее губы, чтобы скользнуть внутрь. Оттолкнет? Но она снова мне отвечает. С тем же голодным желанием, которое и мной овладевает. Я ведь не могу ошибаться?
Женя ведет ладонями по моим плечам, обнимает за шею. Потом сжимает мои волосы у корней. И мне совсем сносит крышу. Дышу беспорядочно, прикусываю ее за нижнюю губу, наверное, сильнее, чем следовало.
Она тихо взвизгивает и тут же смеется.
– Ярик, – говорит ласково, когда я чуть отстраняюсь.
Обеспокоенно заглядываю Гольцман в глаза и боюсь того, что могу там увидеть. Спрашиваю:
– Больно?
– Нет. Приятно. Очень, – отвечает смущенно.
И мы снова целуемся. То нежно, то нетерпеливо и грубовато. Ловим реакции друг друга с такой точностью, как будто наши организмы изначально так настроены.
Мимо кабинета в очередной раз проходит компания студентов с веселым гомоном, и я различаю голос проклятого Долина. Должно быть, и Женя его слышит, потому что застывает и будто бы трезвеет.
Я ее отпускаю. Не хочу, но держать не смею. То есть все еще обнимаю, но ослабляю хватку и отстраняюсь так, чтобы видеть ее лицо.
Она смотрит на меня огромными зелеными глазами. Тут не видно, но я точно помню их цвет.
– Жень, – снова зову тихо.
Как будто все слова забыл, кроме ее имени.
Она улыбается и проводит рукой по моим волосам, которые и так в вечном беспорядке. Следит за своей ладонью, а потом снова фокусируется на мне:
– Ярик.
