Пантера зарычала, тут же разорвав цепи и ударом лапы откинув пса. Они начали кружить, глядя друг на друга.
— Тень разберется, — сказал я Леону, направляясь к двери кабинета. — Дадим моему псу развлечься в должной мере.
За нашими спинами раздался оглушительный рев — два магических существа сошлись в яростной битве.
Дверь кабинета оказалась не заперта. Мы вошли внутрь, и я тут же понял, что находимся не в обычном помещении.
Кабинет был огромным — размером с небольшой дворец. Панорамные окна во всю стену показывали ночной город, простирающийся до горизонта.
Но самым впечатляющим было не это.
На противоположном конце кабинета, у самых окон, стоял человек. Спиной к нам, руки сцеплены за спиной, он смотрел на огни города внизу. Риверс Монтильяр выглядел как владыка мира, обозревающий свои владения.
Стоит признать, но показать себя с выгодной стороны мужчина умел.
— Брат, — тихо позвал Леон.
Риверс медленно повернулся, и я увидел, как сильно он изменился. Белые волосы, черные глаза без зрачков и белков, аура силы, которая заставляла воздух дрожать.
Это был уже не человек. Это было нечто большее.
— Леон, — произнес он голосом, звучащим на нескольких тонах одновременно. — Мой маленький глупый брат. Как жаль, что ты выбрал неправильную сторону.
— Риверс, — Леон сделал шаг вперед, в его голосе звучала смесь боли и надежды. — Что с тобой случилось? Это не ты! Вспомни, кем ты был! Вспомни наших родителей, наш клан, все, что мы защищали! Почему ты все это делаешь?
Риверс рассмеялся — звук был похож на скрежет металла.
— Защищали? — переспросил он. — Мы защищали устаревшие традиции и глупые правила. А я дарую этому миру новый порядок.
— Ты убил невинных людей! — воскликнул Леон. — Превратил Охотников в своих послушных болванчиков! Это не порядок, это хаос!
— Хаос? — Риверс наклонил голову. — Нет, брат. Это эволюция. Слабые должны служить сильным. Таков естественный закон.
Леон достал катану, его лицо исказилось от ярости и отчаяния.
— Я не позволю тебе продолжать это безумие!"
"Парень бросился в атаку, лед окутал клинок, превращая его в кристальное лезвие смерти. Удар был быстрым, точным, смертельным.
Риверс, казалось, даже не пошевелился.
Его рука мелькнула — движение было настолько быстрым, что я едва различил его. Первый удар попал Леону в грудь и опрокинул вниз с силой молота, вбивая его в бетонный пол. Пол пошел трещинами, образовав кратер.
Второй удар последовал мгновенно.
