Я и однокурсники, с которыми сдружился, сами были заняты учебой, чтобы им интересоваться.
Правда, однажды, когда Экли забыл у себя на кровати книгу, которую с упоением читал всю ночь, мы с друзьями не выдержали, и полюбопытствовали.
«Молот демонов инквизиции: Искусство изощренной пытки и вырывания признаний».
Вот как она называлась.
Это был старинный тракт, который даже среди инквизиторов считался запрещенным, ввиду абсолютной жестокости применяемых в нем методов допроса.
Внутри книги нашлись прелестные картиночки, где в подробностях и со всем страданием на лицах темных колдунов и колдуний были прорисованы самые разнообразные пытки – от вырывания ногтей до вливания кипящего масла в горло.
Целый раздел книги был посвящен пыткам ведьм – особенно заляпанной жирными пальцами Экли была страница, в которой обнаженную ведьму подвешивали на дыбе.
Дальше мы посмотреть не успели, так как вернувшийся Экли, жутко обозлившись, принялся орать, чтобы никто не смел трогать его личные вещи.
В общем, со странностями был паренек.
После этой книги тем более мало кто хотел с ним общаться.
В последний раз я видел его на вечеринке в честь выпускного.
Единственный раз тогда Экли напился до чертиков, и рассказывал всем слезливую историю про какую-то девушку, в которую он якобы влюбился и предложил ей с ним переспать. Потому что он хотел потерять девственность только с ней. Но она только над ним посмеялась и, разумеется, отказалась наотрез.
Тогда никто из нас ничего не сказал вслух, отделавшись общими фразами, но все мы дружно решили, что грех было осуждать ту леди, которая не пожелала стать первой женщиной Экли.
После выпуска все одногруппники разъехались кто куда – кто-то попал под распределение, кто-то остался в столице…
Я поступил в отряд ликвидаторов и мотался по всему королевству, и мне явно было не до судьбы чудного парня с курса.
Однако, через какое-то время от общих знакомых я услышал, что Экли поступил на службу в столичную инквизицию, в отделение доносов, и неплохо там преуспел.
Кажется, в инквизиции нашел высоких людей, которые разделяли его увлечения, потому что Экли удалось протолкнуть несколько законов, ужесточающих методы ведения допроса тех, кто подозревался в занятии черным колдовством по доносу.
Среди нормальных инквизиторов это отделение не любили, а тех, кто там работал, называли «шавками», кидающимися на кость.
