Вы лишились своей вдовьей доли, вы не содержите девочек, а сами живете на их доход от имения. Пока у вас была поддержка от маркиза, конечно, я не мог надеяться, что мне дадут опеку, но теперь, я уверен, я смогу лишить вас прав. Вы никому не сможете быть опекуном.
В моей голове слабо зашевелились шестеренки, воспоминания Матильды о том, как тут обстоят дела с правами:
— Но... нет... постой... у нас все хорошо, мы прекрасно справляемся!
— Вы даже вынуждены были уволить прислугу и закрыть часть дома! Я прекрасно знаю, что никто в столице не потерпел бы такого позора, жили бы в долг, но не показали бы свои финансовые проблемы.
А обед? Простецкая крестьянская пища.
— Это полезно, вкусно и сытно!
— Это бред! Признайтесь сразу, сколько у вас долгов? Речь о тысяче золотых? Двух? Десяти?!
— Нет, ты не понимаешь! У меня есть деньги, я могу показать тебе, — я поднялась с места, но Кристофер не желал меня слушать."
"— Ничего, комиссия по опеке разберется. Посмотрим, кому они оставят девочек: их истеричной матери-транжире или показавшему себя хорошим хозяином земель барону.
Правда, думаю, мне придется скорее жениться, чтобы у девочек была помощь женщины, — задумчиво добавил он, — но я вскоре решу эту проблему.
— Но я!..
— А вы будете полностью отстранены от общения с дочерями. Я уверен, вы несете им лишь горе. Уверен, опекунский совет будет на моей стороне. Вы показали себя плохим опекуном: жили за счет детей и при этом еще умудрились наделать долгов.
— И... тогда... что... — я совершенно растерялась.
— Мне плевать, что тогда вас ждет, — прервал меня Кристофер. — Возможно, вас примут в каком-нибудь небогатом монастыре, если вы отдадите на благотворительность свои платья и украшения.
— А как же Зоуи?! — наконец-то смогла сформулировать я.
— О ней пусть заботятся ее родные, — жестко ответил пасынок.
— Но у нее нет никого, ей нужен опекун, ей нужна я!
— Вы — плохой опекун, лучше уж никакого, чем такой.
Я потерла лоб рукой, пытаясь сообразить, что делать:
— А ты... что ты собираешься делать? Фло и Трис.
..
— Им не место в этом городе, — жестко заметил их брат.
— Что? Почему? А как же бал, представление ко двору?
— Послушайте, я люблю своих сестер, но не обманываюсь на их счет. Они, говоря откровенно, дурнушки. Зачем им нужен бал и прочее? Нет, я увезу их обратно в провинцию и там подберу им таких женихов, которым будет все равно, как они выглядят и как воспитаны, им будет довольно того приданого, что оставил за девочками отец.
— Ты с ума сошел! Они...
