Что-то темное и жестокое ревело в моей груди, но это определенно не было направлено на уязвимую девушку рядом со мной.
Я снова улыбнулся отцу, ничего не говоря из страха выдать свои мысли. Отец отступил назад, и его взгляд остановился на Арии, когда он подошел, чтобы поздравить ее. Все мое тело напряглось, когда он поцеловал ее руку. Затем передо мной появилась Нина и, наклонившись, поцеловала меня в щеку, прошептав.
— Оо, Лука, эта девушка миниатюрная. Не сломай ее в первую совместную ночь. Еще будут ночи, когда можно будет посмаковать.
Она должна была знать. Мой отец любил ломать ее почти каждый день. Злоба Нины заставила меня ненавидеть ее так яростно, но я знал, что это была единственная броня, которую у нее имелась.
Наконец мой отец и его жена извинились и позволили другим гостям пройти вперед к нам.
Как диктовала честь, это была семья Арии. Скудери выглядел так, словно получил Нобелевскую премию, пожимая мне руку и обнимая Арию. Ее мать Людевика подошла ко мне. Она мельком взглянула мне в глаза, затем покорно опустила взгляд.
Вот почему Ария была такой.
На мгновение, Людевика выглядела так, будто хотела что-то сказать, но ее взгляд метнулся от Арии ко мне, и ее лицо наполнилось беспокойством, прежде чем она смогла скрыть это.
Она тяжело сглотнула и удивила меня, подойдя ближе и взяв меня за руки.
— Ария хорошая девочка. Она не даст тебе повода причинить ей боль. Она исполнит все твои желания… — ее голос был едва слышен.
— Людевика, другие гости тоже хотят своей очереди.
— резко сказал Скудери, и его жена тут же отстранилась от меня.
Бросив на меня последний умоляющий взгляд, она подошла к мужу.
Не нужно быть гением, чтобы понять, что означали ее завуалированные слова. Она умоляла меня не мучать ее дочь сегодня ночью, потому что так поступил бы такой человек, как я. Я не сказал ей ни слова уверенности. Ария больше не была ее ответственностью. Она была моей.
Отец отступил назад, как доброжелательный покровитель, но его острые глаза следили за каждым моим движением.
Он не увидит и намека на слабость. Ни сегодня, ни когда-либо."
"Данте Кавалларо и его родители были следующими. Меня удивило, что Данте был на фронте. Это был явный признак того, что он скоро станет главой Наряда, даже когда его отец все еще официально является боссом.
Выражение его лица было стоическим, когда он поцеловал руку Арии, нарушая протокол, поприветствовав сначала ее, а не меня.
Я внимательно посмотрел на него, мои глаза сузились.
