Я наклонился и коснулся губами ее губ. Ничего особенного. Больше воздуха, чем прикосновений. Не стоит и думать об этом, но, черт возьми, мое тело все равно ожило. Ария была моей.
Румянец разлился по ее щекам, и потребовалось все самообладание, чтобы не перекинуть ее через мое плечо и не отнести прямо в нашу комнату. Я не мог дождаться, когда ее обнаженное тело окажется подо мной, чтобы погрузить в нее свой член. Как будто прочитав мои мысли, Ария сильно вздрогнула, и моя похоть испарилась.
Я не хотел думать о том, что она может так же отреагировать на мое прикосновение сегодня ночью.
Блядь.
Я взял ее за руку и повел по проходу. Мужчины Фамильи кивнули мне и захлопали в ладоши. Официант сразу же направился к нам, балансируя подносом с бокалами шампанского на ладони. Я взял один для себя и один для Арии, протягивая ей.
Ария сжала бокал своими тонкими пальцами, но не отреагировала иначе, даже не посмотрела в мою сторону.
После наши гости столпились вокруг нас, говоря нам свои благословения.
Это была обязательная традиция, которую мы не могли избежать, даже когда всё, что я хотел, это как можно скорее перейти к моей первой брачной ночи с моей женой.
Взгляд Арии был отстраненным, ее губы превратились в тонкую линию на бледном лице. Я наклонил к ней голову.
— Улыбайся. Ты счастливая невеста, помнишь?
Как будто кто-то повернул выключатель, и лицо Арии превратилось в маску счастья.
Я сделал глоток шампанского, подавляя свое разочарование из-за ее очевидного несчастья. Этот брак не был моей идеей.
Я бы вообще не женился. Моя жизнь была посвящена Фамильи, и девушкам в ней не было места.
Перед нами появились первые гости — отец и Нина. Она стояла на шаг позади него, как он этого хотел.
Отец положил руку мне на плечо. Он был моего роста, его глаза встретились с моими. Серые глаза и темные волосы, как у меня. Но на этом наше сходство заканчивалось, если не обращать внимания на нашу жестокость.
— Лука, мой старший, — сказал он громовым голосом, привлекая к нам внимание окружающих гостей.
— Сегодня особенный день для вас и Фамильи.
Я натянуто улыбнулся ему. Он наклонился ближе, понизив голос так, чтобы только я мог его слышать.
— Сегодня я тебе завидую. Нет ничего лучше, чем смотреть девушке в глаза, когда она понимает, что ты можешь сделать с ней все, что захочешь, сокрушить эти глупые надежды и сломить их дух и тело. И я должен сказать, что у твоей жены выразительные глаза. Будет захватывающе видеть в них ужас.
