— Увидимся сегодня? — то ли спросил, то ли утвердил парень. — Только не болтай. Погулять не получится, давай где-нибудь подальше от любопытных глаз, сама понимаешь… Любишь сладости? А фрукты? У меня свежая клубника в комнате. Тебе нравится клубника?
Я слегка оторопело кивнула.
— Отлично! — обрадовался парень. — Так ты придешь?
— Куда? — спохватилась я. — Ты вообще… кто?
— То есть? — опешил он. И, кажется, обиделся. — Ты меня что, не узнала? Я Пеленгасиус!
— Пангасиус?
— Пангасиус — это рыба! — рявкнул незнакомец, забыв, что нас не должны видеть вместе.
— А я — Пеленгасиус! Поняла? И только посмей перепутать! — он нервно провел рукой по волосам, на миг отклоняясь из круга света в тень.
И я его, наконец, узнала. Полутемная комната, желтое пятно света на полу, приказ Ривза «жарко»…
Этот неприкосновенный с рыбным именем был четвертым в тот день. И он тоже решил осчастливить нищенку из Котловины своим присутствием! Вот счастье-то!
Смешок сорвался с губ, а потом разросся до дикого хохота! Я смеялась и не могла остановиться.
— И ты туда же… Пангасиус с клубникой!.. ой не могу!
— Ненормальная! — парень вскочил, уставился на меня со смесью злости и непонимания. — Прекрати смеяться! Что смешного?
Я закатилась пуще прежнего, держась за живот.
Из-за стеллажей показался смотритель."
"— Прекратите нарушать порядок и тишину! Немедленно! Иначе получите штрафы!
Пангасиус, то есть Пеленгасиус, вскочил, как нашкодивший кот. Одарил меня убийственным взглядом и скрылся за шкафами.
Я же уткнулась лицом в учебник, мигом успокоившись. Но улыбнулась довольно. Я быстро поняла, что смех — лучшее, а порой и единственное оружие против некоторых недоумков. Простое «нет» не все понимают, а вот искренний хохот способен отпугнуть нежелательного ухажера похлеще пощечины! Уж лучше пусть у меня будет слава чокнутой девчонки из Котловины, чем продажной девки!
В послеобеденных занятиях значилась материализация. И увы, у меня по-прежнему были с ней проблемы, несмотря на найденный материал.
Порой мне удавалось воплотить крошечную травинку или бутон, но на этом достижения заканчивались. Остальные попытки выходили провальными. Большая часть первогодок уже освоились и успешно практиковали материализацию, но только не я. Хотя от бумаги кололо пальцы, а это верный признак «своего материала». Так что же со мной не так?
Даже Тензия терялась в догадках, глядя на мои мучения.
— Странно, милая, — прокомментировала она мою очередную неудачу.
