— Я люблю тебя! Ты станешь моей женой? Станешь? Дай я тебя поцелую! Ти-и-ина!
Я дернулась и вдруг увидела… Эша. Его лицо казалось застывшей маской, а зеленые глаза — черными дырами. Вандерфилд на миг замер на ступеньке лестницы, а потом рванул к нам, расталкивая толпу. В стороне насмешливо улыбалась Алиссия, лениво обмахиваясь новостным листком. Магма за ней подняла руку и провела пальцем по шее.
И на месте моей души вдруг вспыхнул пожар. Да как они смеют?! Как смеют играть человеческими судьбами? Издеваться! Насмехаться! Я не позволю!
— Довольно! — мой крик взметнулся к потолку, отразился и приумножился.
Жалобно звякнули тысячи подвесок на люстре и стекла в огромных окнах. Налетевший сквозняк ударил по щекам и взметнул мне волосы."
"Йен отшатнулся, заморгал, приходя в себя. Но я на него не смотрела.
— Никто не смеет над нами издеваться! Ясно? — выкрикнула я, с ненавистью глянув на валяющиеся под ногами «Хроники». Первым вспыхнул листок возле моего ботинка.
Следом тот, что лежал за ним. А потом разом — все. Те, что валялись на полу или лестнице, те, что держали в руках студенты. Вспыхнули желтым огнем — ярким, пугающим, невозможным, а после рассыпались в пепел.
Толпа всколыхнулась, заорала, кто-то в панике бросился бежать. Кто-то упал и завыл. А кто-то пялился на меня так, словно увидел нечто невероятное. Ривз даже протер глаза. Магма побелела, Алиссия растерянно смотрела на свои руки, испачканные сажей.
Но странный огонь, уничтожив гадкие листки, исчез, как не было.
В наступившей звенящей тишине, голос Йена прозвучал слишком громко.
— Тиночка… а что тут происходит? Я не понимаю…
— Уже ничего не происходит. Представление закончено, дверь сам найдешь, — мрачно сказал Эш гостю из Котловины, возникая рядом.
Я поперхнулась.
— Тина? — растерялся Йен. — А это кто…
— Никто! — выкрикнула я.
— Только я не понял, ты выйдешь за меня?
— Да, — брякнула я и сама опешила.
Что?
— А? — Йен тоже удивился, ошалело моргнул. И расплылся в широкой улыбке. — Правда? О, ты не пожалеешь! Ты никогда не пожалеешь, я клянусь! Да я всё для тебя сделаю!
На Вандерфилда я не смотрела, хотя и ощущала его тяжелый взгляд.
Ответить не успела, потому что за спиной раздался холодный голос профессора Аодхэна.
— Тина Аддерли. За мной. Живо!
Ну вот и всё, подумала я. Прощай, ВСА.
Теперь меня точно выгонят!
Конец первой книги"
