Он начинает двигаться, рвется вперед, а я, не в силах выдерживать этот натиск, уже кричу, запрокидываю голову и рассматриваю тугие капли, которые падаю с небес, тело натягивается дугой и в следующий миг я срываю голос, ощущаю, как меня затапливает нашим обоюдным наслаждением, меня сносит и отправляет в какое-то периферийное состояние, и я даже не понимаю, что Баграт так и не отстранился…
Безумие отступает подобно волнам, прикрываю глаза и пытаюсь собраться, но стресс делает свое дело, я перестаю ощущать свое тело, чувствую, как взмываю вверх в сильных руках, как Баграт берет меня на руки и опускает на заднее сиденье.
Ощущения есть, а вот сил противиться нет. Сознание прячется в сладкой полудреме, ощущаю скорость, то, как уличные фонари мелькают и играют на моих веках, то вспыхивают, то тухнут. Вызывают резь.
Затем опять оказываюсь на руках Умарова. Тело начинает сильно знобить.
– Надя, посмотри на меня, – доходит до сознания хриплый голос, и я ощущаю руку Баграта на своем лбу.
Почему-то она холодная, а моя кожа будто пылает.
– Надя! – трогает меня, а у меня тело знобит, холод сковывает. Ледяной какой-то, я дрожу.
Чуть приоткрываю веки и упираюсь взглядом в черные глаза.
– Я…
Хватает сил лишь разомкнуть губы и отстучать зубами. Слышу, как мужчина переходит на свой язык, я не забыла эти резкие интонации, злость, с которой он цедит слова. Явно ругается.
Опять взмываю вверх и оказываюсь под душем. Сил нет на ногах держаться, и я понимаю, что держусь за шею Баграта, пока капли падают на мое тело, несут какое-то тепло и успокоение."
"Его руки ласкают мою обнаженную спину, притягивают, а до сознания доходит, что Умаров по-прежнему в штанах. Зашел со мной под душ и держит в своих огромных лапах.
Все воспринимаю сквозь какой-то туман, и почему-то пальцы сами впиваются в покатые плечи неожиданно сильно, пока невыносимый мужчина намазывает мое тело гелем с кокосовым ароматом, который щекочет ноздри.
Понимаю, что Баграт смывает с меня грязь, головой упираюсь в литую грудь, ощущаю, как мягко его пальцы массируют кожу головы, намыливают волосы.
Здесь нет никакого эротического подтекста. Нет того буйства, под которое я попала минутами, или часами, ранее.
Вода резко прекращает литься на нас, глаза закатываются.
