Я вспоминаю про его больные ребра и думаю о том, что этот безумец только что сделал себе еще хуже, когда решил, что может сделать это, держа меня на руках.
Марк все еще во мне. Он не может даже нормально вздохнуть, только цепляется руками за мои плечи, талию. И в то же время он не может не двигаться.
Он едва уловимо качнул бедрами, и меня выгнуло от удовольствия. Узких губ коснулась самодовольная улыбка. Гордиться, что даже в таком состоянии он все еще хорош.
Теперь он двигается медленно, размеренными движениями, как и просил доктор.
И я улавливаю отголоски этих же мыслей в блеске полуприкрытых глазах Марка, когда он смотрит на меня.
Эти медленные движения подводят меня к краю, а после доводят до пика мягкие поглаживания большим пальцем.
Марк протиснул руку между нашими телами, и он с жадностью смотрит мне в лицо, когда я кончаю под ним, вздрагивая всем телом.
Мерзавец улыбается. Впивается в бедра руками и тремя сильными ударами финиширует следом.
— Пойдем со мной, Вера, — шепчет он, касаясь моего лба своим.
— Пойдем со мной.
Однажды я уже послушала его, а потом узнала, что он спал с другой. Однажды я даже сама приехала к нему, а после узнала, что он опять соврал.
Больше я не намерена ставить запятую. В этот вечер я ставлю точку.
Качаю головой и отталкиваю его от себя, упираясь ладонями в грудь. Целюсь в ребра, потому что иначе никогда не убегу.
Марк отшатывается и кривится.
— Вера?…
Кажется, сегодня он не знает других слов.
Спрыгиваю со столешницы, и краем глаза вижу, что в равнодушном зеркале отражается всего лишь очередная шлюха-невеста.
И мерзавец, у которого стоит только на них.
На нетвердых ногах иду к двери и сама поворачиваю замок. Марк все еще держится за ребра и пытается сделать вздох. Я не рассчитала силу удара."
"За распахнутой дверью женского туалета, предсказуемо, уже собралась целая толпа. Среди негодующих девушек замечаю Зою. При виде меня и мужчины за моей спиной в женском туалете у нее глаза становятся квадратными.
Ближе всех ко мне стоит администратор клуба в брючном костюме.
Она хмурится при виде меня и меняется в лице при виде Марка, который, едва передвигая ноги, пытается меня нагнать.
— Твою мать, Марк! — рычит администратор. — Какого черта?!
— Потом, Оля, — хрипит он, но я уже далеко.
— Вера! — ахает Зоя, которую я тащу за руку прочь, — Скажи, что мне показалось?
— Мне плохо, — отвечаю я, — я блевала все это время, он просто сделал так, чтобы я успела привести себя в порядок, и поэтому закрыл дверь.
