А иногда ночью я вижу, что на меня нападает маньяк и я ничего не могу сделать.
Он слушал ее молча.
— Вы думаете, это серьезно? — спросила она.
— Не знаю, — ответил Дронго, — пока непосредственной угрозы я не ощущаю. Но если я пойму, что такая угроза существует, я постараюсь вас предупредить.
Он увидел, что в бар вошел Круминьш. Он был одет в синюю помятую рубашку с короткими рукавами и светлые брюки. На ногах у него были шлепанцы. Увидев знакомые лица, он подошел и сел за столик, даже не спросив разрешения.
— Добрый вечер, — вежливо сказал Дронго.
— Добрый, — буркнул Круминьш. — Что здесь можно выпить?
— У вас на брюках пятна крови, — громко сказала Ингрид, показывая на светлые брюки режиссера.
— Это не кровь, — возразил он, — это красное вино. Мы сегодня пили его с Лилией, и я опрокинул бокал себе на брюки. Здесь есть химчистка?
— Вам лучше переодеться, — предложил Дронго.
— Знаю, — вздохнул Круминьш, — мне вообще лучше сбросить с себя кожу. Кажется, уже пришла пора. Как змеи сбрасывают старую кожу.
— У вас сегодня плохое настроение, — заметил Дронго.
— У меня теперь всегда плохое настроение, — отмахнулся режиссер. — Я сейчас постучал к нашему гримеру, и она сказала мне, что не хочет меня видеть. Вот так. А еще сегодня днем…
— Здесь дама, — напомнил Дронго, показывая на Ингрид.
— Извините, — буркнул Круминьш, — все они одинаковы. Все женщины — стервы. Простите, Ингрид, я не имел в виду вас. И принесите мне водки, — попросил он официантку, которая подошла к нему
Едва официантка отошла от их столика, раздался крик.
И еще один. Потом еще. А затем началась паника. В холле забегали люди.
— Что случилось? — спросила Ингрид, чуть приподнимаясь.
— Не вставайте, — приказал Дронго, дотрагиваясь до ее плеча, — сидите. Кажется, там что-то случилось.
Он поднялся и вышел из бара. Увидев стоявшего в холле растерянного портье, он подошел к нему.
— Что случилось, сеньор? — спросил Дронго по-английски.
— Убийство, — выдохнул портье, — кажется, убили кого-то из вашей группы, сеньор.
Вы приехали с латышской группой?"
"Глава восьмая
Дронго вбежал в кабину лифта и поднялся на третий этаж. Лена Доколина, был почти убежден Дронго. Наверняка маньяк решил начать именно с нее. Ингрид он уже угрожал, Ингебору облил кислотой, оставалась только Лена. Как он объяснит Зитманису, что не чувствовал никакой угрозы. Как он сумеет рассказать об ощущении самоуспокоенности, которое царило у них в группе.
