— Вы флиртуете со мной, назначаете встречи Меднису и встречаетесь с…
— Не нужно, — встрепенулась она.
— Хорошо, — согласился Дронго, — только расскажите мне наконец, что было вчера.
— Ничего, — пожала она плечами, — у нас были съемки, потом мы вернулись в отель. Рута Юльевна приказала, чтобы в половине восьмого я была у нее. Я уже понимала зачем. Она сказала правду. Мы с ней здесь не встречались. Но я не хотела идти. И все рассказала Эугену. Он посоветовал мне не ходить. Но я думала, что она может сорвать съемку и выслать меня обратно в Латвию.
Тем более что ей не нравится Меднис и она хотела бы от него избавиться. Поэтому я умоляла Эугена не поднимать шума. Когда я пошла к Руте Юльевне, он увидел меня в коридоре и попытался туда не пустить. Я даже крикнула на него. Он меня толкнул в сторону двери, и я случайно схватилась за ручку соседнего номера. Потом Меднис извинился и ушел, а я вошла в номер к Руте Юльевне. Но у нас ничего не было, — очевидно, последнюю фразу она говорила для сидевшего в комнате оператора, — мы только с ней разговаривали, когда раздался крик горничной, и Рута Юльевна поспешила узнать, что случилось.
А я вышла потом, когда уже было много людей, чтобы меня не заметили.
— Нужно было с самого начала излагать именно эту версию, — строго заметил Дронго. — Меднис, а вы знали, что камера не работает?
— Какая камера? — не понял Меднис.
— Камера наблюдения. Которая была установлена в коридоре.
— Нет, не знал, — удивился Меднис.
— Вы же профессиональный оператор. Неужели вы не видели, что камера была отключена?
— Я не обратил внимания, — ответил Эуген, — и мне не хотелось смотреть на камеру. Я смотрел на Елену, а не на камеру.
— Вы встретились у дверей номера Руты Юльевны? — уточнил Дронго.
— Да, — кивнула Лена.
— И Меднис ждал вас, около номера? Доколина еще раз кивнула.
— Вы знали точно, в каком номере живет Рута Юльевна? — спросил Дронго.
— Примерно знал, — неожиданно ответил Меднис, — но не точно.
Когда регистрировали номера, перепутали фамилию Озолинь с фамилией Омельченко. Руту Юльевну записали в номер Лилии, а гримера в — номер Руты Юльевны.
— Откуда вы знаете? — спросил Дронго.
— Мы приехали ночью, — объяснил оператор, — регистрация прошла очень быстро. А вчера вечером я узнал, что номера перепутали. Они все одинаковые, но Рута хотела для себя большой сюит. А испанцы ей не разрешили.
