У бедного принца возникло такое чувство, будто его волочет за собой четверка взбесившихся коней, но протестовать он не осмелился. Варвара Федотовна подвела его к колонне, возле которой стояла молодая дама в высоком парике в виде кораблика, с мушкой на щеке и веером в руках. На ней было бирюзового цвета платье с сиреневым корсажем, расшитое букетами цветов, и черная бархатная полумаска. Смеясь, она говорила о чем-то с франтоватым красивым блондином, одетым по моде времен Карла I. Принц поглядел ей в лицо и закоченел.
Это была та самая девушка с набережной Сены.
– Ваше высочество! – промолвила Голикова вполголоса.
Но ее высочество поступила довольно странно. Она сказала: «Потом, Варвара, потом», обернулась к блондину и сказала:
– Кажется, уже начали играть. Этот танец – ваш.
Блондин взял ее за кончики пальцев и повел в круг. Проходя мимо, он скользнул по лицу принца таким взглядом, будто перед ним был не будущий властитель Кассельского герцогства, а какое-то докучное насекомое.
– Ну вот, – сказала Голикова недовольно.
– Теперь придется ждать, пока вальс окончится и принцесса вернется.
Вильгельм-Людвиг поглядел на свою невесту, которая скользила по паркету с таким самозабвенным упоением, будто в прошлой жизни была бабочкой. Они с блондином были самой красивой парой среди танцующих, и принц неожиданно ощутил жгучий укол ревности.
– А кто это с ней? – спросил он внезапно.
Голикова махнула веером.
– Да так, никто, – сухо ответила она."
"Полина Серова прибыла на бал позже всех – так получилось, что княжна Александра нашла для нее какое-то поручение, которое надо было выполнить немедленно, и поэтому фрейлина опоздала к началу праздника.
Полина сразу же заметила Голикову, которая холодно покосилась на нее и отвернулась, долговязого малого, как две капли воды похожего на портрет Вильгельма-Людвига, жениха княжны, и саму княжну, которая танцевала с Алексеем. Вот это уже странно, потому что танцевать Александра Михайловна должна была с принцем Кассельским, и Полина озадаченно нахмурилась.
Она сразу же вспомнила кое-какие мелочи, сбивчивый рассказ княжны о посещении оперы, упорство, с каким Александра Михайловна находила ей занятия, не оставляя свободного времени для того, чтобы встретиться с Алексеем, и невольно насторожилась. Неужели особый агент Каверин забылся до такой степени, что…
Да нет, нет, не может быть!
Еще как может, поняла Полина, поглядев на счастливое лицо княжны и ее смеющиеся губы.
