— Разве не на такие свидания ходят скучные пары, которым приходится симулировать оргазм друг для друга? Кроме того, тебе было весело оба раза. Не пытайся отрицать это.
— О да, быть все время под угрозой — это так весело.
— Мне бы не пришлось угрожать тебе, если бы ты не вела себя так, так что, может быть, это ты мешаешь себе получать удовольствие.
— Я не могу в это поверить. Так это теперь моя вина?
— Я этого не говорил. — Он усмехается. — Ты сказала.
Наглость этого ублюдка просто запредельная. Как раз когда я думаю о том, какое оскорбление лучше придумать, мы достигаем поляны.
Открывается вид на обширный участок земли, покрытый травой, а вдалеке возвышается небольшое здание.
Здание службы безопасности, если мы доберемся до него, то победим.
Киллиан не кажется сосредоточенным на этом, и я подавляю чувство отчаяния, пока мы продолжаем идти в ровном темпе.
Я уверена, что он может учуять любое изменение эмоций, как какая-нибудь собака. То, что он не чувствует эмоций, как все мы, не означает, что он не может их распознать или даже понять.
Если я что-то и узнала о Киллиане, так это то, что он хорошо приспособленный психопат. Он очень хорошо контролирует импульсы и расчетлив до мелочей.
Возможно, в его прошлом было время, когда он потерял этот контроль, как это иногда делает Лэн, но они оба могут так хорошо приспосабливаться к обстоятельствам и вливаться в общество, как будто они там свои.
И чем больше они живут, тем труднее проникнуть внутрь их прочного пузыря. Тем более невозможно заставить их потерять контроль, когда они им овладели.
Поскольку они постоянно контролируют ситуацию, они наблюдают за всем. Киллиан может казаться отстраненным, но у него наблюдательность, как у ястреба. Ничто от него не ускользает.
Поэтому я изо всех сил стараюсь оставаться бесстрастной и не обращать внимания на звуки отменяемых номеров, которые объявляют вокруг нас.
— Кто владелец этого места? — спрашиваю я и делаю чертовски хорошую работу, чтобы казаться нормальной.
— Мы все. Это подарок от кампуса, потому что наши родители жертвуют кучу денег на учебное заведение.
— Я полагаю, «мы» — это ты, Джереми, Николай и Гарет?
— Верно.
— А кто тот, кто скрывается за пятой маской?
— Не тот, о ком тебе не стоит беспокоиться.
— Ты всегда ходишь вокруг темы, когда не хочешь отвечать на вопрос?
— Возможно.
— Это нечестно.
— Жизнь несправедлива, почему я должен быть справедливым?
Я украдкой смотрю на здание перед нами. Два метра. Нет, наверное, полтора.
