Киллиан останавливается, но я делаю вид, что не заметила, и продолжаю идти вперед. Да, члены группы чудовищны, судя по тому, что я сегодня увидела, но мне надоело бояться и прятаться.
Если я окажусь в их внутреннем кругу, то смогу выяснить, что случилось с Девлином и...
Что-то коснулось моего плеча, и я замерла, когда динамик эхом разнесся вокруг нас:
— Номер шестьдесят девять уничтожен.
Я обернулась, чтобы посмотреть на Киллиана, который только что стукнул меня своей битой.
— Думаешь, я не догадался, что ты задумала, маленький кролик?
— Почему.
.. ты... ты...
— Дыши глубже. — Забава в его голосе выводит меня из себя. — Вот и все. Мы не хотим, чтобы в таком юном возрасте у тебя каким-то образом случился инсульт.
— Почему ты ждал до сих пор, чтобы устранить меня?
Он поднимает плечо.
— Было забавно наблюдать, как ты пытаешься отвлечь меня и ведешь себя как любитель в шпионском фильме класса «Б». Ты бы посмотрела на свое очаровательное лицо. — Он достает из кармана телефон и делает снимок.
— Теперь это выражение останется со мной навсегда.
— Я собираюсь убить тебя.
— А я тем временем тебя поцелую.
Я уже собираюсь схватить его дурацкую биту и обрушить ее ему на голову, когда позади меня открывается дверь дома охраны.
— Киллер!
Подожди, что? Киллер?
Мне требуется секунда, чтобы понять, что женский голос адресовал это прозвище Киллиану.
Выходит высокая стройная фигура в белой маске номер один. Прямые светлые волосы спадают на обнаженные плечи, на ней облегающий топ без бретелек, подчеркивающий талию песочных часов.
Она оттягивает маску от лица, и я замираю от того, насколько она сногсшибательна. Как модель или актриса, или и то, и другое.
А когда она улыбается, это настолько ослепительно, что мне трудно смотреть прямо на нее.
Она неуловимо отталкивает меня и бросается к Киллиану, обвивая его шею руками с легкостью человека, который делал это бесчисленное количество раз.
— Я скучала по тебе, — бормочет она, а затем ее губы встречаются с его губами.
Глава 18
Глиндон
Я ошарашенно смотрю на происходящее."
"Знаете этот момент, когда ты застываешь и не знаешь, можно ли двигаться или даже дышать?
Вообще-то, к черту.
Главная эмоция, которая разрывает мою грудь, — это не ощущение себя третьим лишним или то, что меня ударили по лицу — это нечто худшее.
Прилив энергии проносится по моим венам, так похожий на... ярость.
Клянусь, я не из тех, кто ревнует.
