— Ну, я не так много о нем знаю, — призналась в ответ. — Мы встречались только однажды. Может быть, ты вспомнишь Лусию Ортис, свою любовницу? У нее черные волосы, высокая грудь, дурные манеры…
Бэлтрен покачал головой, и это неожиданно принесло мне облегчение. Страсть как не хотелось, чтобы он вспомнил ее. По крайней мере, не первой.
— А Селсо Переса помнишь? Маг-портальщик и твой главный помощник. Теперь он заведует отделом расследований и полицейскими отрядами.
На этот раз Бэлтрен Драко думал дольше. И, наконец, признался:
— Я помню светловолосого вихрастого мальчишку с зелеными кошачьими глазами.
У него еще вечно колени были ободраны в кровь. Но талант к построению порталов у него был еще тогда. Выходит, мы с ним все еще лучшие друзья?
— Я бы не была в этом так уверена, — сказала с сомнением.
Рассказала Бэлтрену о своих подозрениях и о том, как он оказался в моем доме. На этот раз он слушал внимательней и задавал уточняющие вопросы. Похоже, начинал верить, что никакой он не Фернандо Гомес. И тем более не мой муж.
Однако в небольшом пространстве чудом сохранившейся комнаты замка, под звуки дождя и раскаты грома, мы как будто сблизились. На долю секунды я перестала воспринимать Бэлтрена Драко как своего врага. И отнеслась к нему как к человеку.
— Выходит, я действительно выгнал тебя из собственного поместья? — усомнился он. — Что ты сделала, чем заслужила такое наказание?
— Отказалась быть твоей любовницей! — фыркнула я. Так резко, что Локо навострила уши, но, поняв, что все в порядке, снова прикинулась мертвой.
У нее это неплохо получалось. — А еще ты обвинил моего дядю в измене.
— На это должны были быть веские основания, — заявили мне. И строго так, непререкаемо.
Я стала узнавать прежнего Бэлтрена Драко, заносчивого и самонадеянного.
— На что именно? — уточнила ехидно. — На то, чтобы обвинить моего дядю в измене, или на то, чтобы сделать меня своей любовницей?
Он долго и пристально смотрел на меня. А после подался вперед и обнял ладонями мое лицо. И я отчего-то позволила ему это.
— Ты прекрасна, Каталина, — шепнул он, касаясь большими пальцами моих губ. — Я хорошо понимаю, почему хотел сделать тебя своей, как только увидел. Именно поэтому первое, что вспомнил, это вкус твоих губ."
"Я шутливо толкнула его, но он вдруг порывисто обнял и притянул к себе. И вот я уже сидела у него на коленях, а настойчивые мужские губы искали мои. Как быстро и легко он это сделал, наверное, много тренировался в отлавливании и покорении девушек.
