Судя по всему, кто-то из некромантов в насмешку или по необходимости оживил давно почившую псину семьи Драко, но та не отправилась воевать, как другая нежить, а осталась в замке, некогда принадлежавшем хозяевам. И таки дождалась новой встречи."
"— И как давно вы не виделись? — спросила, подойдя ближе к двум явно закадычным друзьям. — А ты, Локо, выходит девочка… Что ж, прости, не угадали. Сложно, знаешь ли, определить пол по скелету.
Бэлтрен Драко повернул голову, его глаза сияли счастьем. Подумать только, а этот злобный дракон все же способен на настоящую привязанность.
Как неожиданно.
— Бониту отравили, когда я был еще ребенком, — сообщил Бэлтрен. — Я сам похоронил ее в саду, возле розовых кустов.
— Значит, память вернулась?! — возликовала я. — Вы помните, что ваше имя Бэлтрен Драко? И что вы жили в этом замке, когда были мальчишкой?
Дракон снова нахмурился и, покачав головой, признался:
— Нет, я помню только Бониту. Как мы гуляли с ней по горам и вместе охотились на зайцев. А больше ничего…
— Ладно, — сдалась я.
— Обсудим это позже. Сейчас нам надо добраться до дома, высохнуть самим и высушить розовый букашник. Не для того я собирала его, чтобы не выручить за гнилое сырье ни лиры. Идемте.
До дома мы не дошли. Локо, она же Бонита, свернула к замку, и Бэлтрен предложил переждать дождь там. Я согласилась. Не только потому, что сама устала идти по скользкой от влаги земле, но и потому, что до последнего надеялась, что в родных стенах (пусть и полуразрушенных) к дракону вернется оставшаяся часть воспоминаний.
Из найденных в руинах обломков Бэлтрен соорудил костер. Поджег он его дыханием. Сделал это так, будто такие вещи для него обыденны и привычны.
— Что?.. — уточнил он, поймав мой намекающий взгляд. — Что-то не так, милая?
— Ничего необычного не заметил? — уточнила я, не сразу поняв, что тоже перешла на «ты». Поглотила даже «милую». — Нормальные люди не разжигают костер дыханием. Фернандо Гомес, если он и существует в реальности, так не умеет точно.
— Разве?.. — неверяще уточнил Бэлтрен.
Повторил опыт, и, к собственным удивлению и радости, осознал, что может извергать огонь. Слабый пока, достаточный лишь для того, чтобы поджечь костер, а никак не целую деревню. И все же силы возвращались к Бэлтрену, что давало надежду на то, что и память вернется.
— Расскажи еще о Бэлтрене Драко, — попросил дракон, почесывая за ухом собаку. — Может, ты права, и мне действительно удастся что-то вспомнить?..
