Может, не так быстро, но нам остается положиться на природу и ждать. Думаю, через пару-тройку дней все придет в норму.
Гладков защелкнул свой чемодан и посмотрел на Стаса.
— Постарайтесь пока не вставать, — сказал он. — Поберегите силы.
Брягинцев окинул Костю внимательным взглядом и сжал мою ладонь, притянув меня ближе.
— Спасибо за помощь, док, — прохрипел он.
— Да не за что, — хмыкнул Гладков. — Ингу благодари, это она тебя спасла.
Костя по-мальчишески улыбнулся, взъерошил волосы и пошел к выходу.
— Егор Николаевич, я внизу подожду, — на ходу бросил он.
— Хорошо, — кивнул альфа.
Он окинул Стаса задумчивым взглядом, перевел его на меня и спросил:
— Инга, моя помощь нужна?
— Нет, — помотала головой. — Поезжай домой, тебя Ника ждет.
Господи, ну и денек… То рыжуха, то мой Стас…
— Уверена?
Альфа испытующе посмотрел мне в глаза. А я глядела на него и понимала, что больше не чувствую той невыносимой тяги, что еще не так давно мучила меня, не давая спокойно жить.
— Да, — решительно кивнула в ответ и отвернулась к Стасу, успев заметить, с каким напряжением тот наблюдает за нашим разговором.
— Теперь мы и сами справимся, — глядя на своего волка, тихо сказала я.
Брягинцев молча сжал мою руку.
И я поняла все, что он хотел мне сказать. Не нужно было слов. Я легко читала в его сердце то, что он чувствует.
— На свадьбу позовете? — усмехнулся Брагов.
— Как только на ноги встану, так и позовем, — Стас приподнялся и сел, а я дернулась, чтобы подложить ему под спину подушку и неожиданно оказалась в руках своего настырного волка.
— Если понадобится помощь, звоните, — хмыкнул Егор, но мы его не слышали.
Стас смотрел мне в глаза, и чем дольше он смотрел, тем быстрее билось мое сердце. «Моя, — слышала я в своей голове хрипловатый низкий голос. — Только моя».
Дверь с тихим щелчком захлопнулась, а я так и не могла отвести глаз от ставшего таким родным и близким мужчины.
— Я ведь тебя больше не отпущу, — напряженно сказал Брягинцев.
— Я и сама никуда не уйду, — тихо ответила я и потянулась к его губам.
***Снегопад не утихал вот уже третьи сутки. Наметал сугробы, укрывал деревья огромными снежными шапками, сыпал с низкого серого неба и кружил в воздухе белыми мухами.
Я смотрела в окно, машинально прислушиваясь к тому, что происходит внизу, на первом этаже.
Там было шумно. Раздавался уверенный голос Стаса, громкие выкрики рабочих, заливистый смех Никитки, грохот передвигаемой мебели.
