Твое имя не умрет никогда! О Сигурде Ужасе Авар будут помнить столько, сколько на свете живут люди!
— Вот это да! — завистливо выдохнул зал, а Сигурд мялся смущенно и не знал, куда подевать руки. Награда и, впрямь, оказалась небывалой.
— Стефан про меня сагу написал? — растерянно оглядывался он по сторонам. — А что же он не сказал мне ничего? Вот я отблагодарю его, когда вернемся! Такую пирушку закатим, что небу жарко будет. Всю Александрию на уши поставим!
А вот это уже было лишним, и Самослав поморщился.
Возвращение данов не входило в его планы. Более того, остальные наемники уже грузились на корабли и готовились отправиться в путь. Никакой Александрии!
— А сейчас прекрасная дева Леутхайд споет песню о тебе, Сигурд! — сделал князь беспроигрышный ход, и по его знаку в зал ввалился целый оркестр индусов, затянувший какую-то протяжную мелодию.
Леутхайд — девушка, конечно, симпатичная, но назвать ее прекрасной было со стороны князя довольно смелым поступком.
До той же Людмилы ей как до неба. Впрочем, неумеренная доза алкоголя легко решала эту маленькую проблему. Ведь княгиню за женщину уже давно никто не считал. Все знали, что она воплощение Фрейи, а не живой человек, а потому появление Леутхайд в зале вызвало настоящий фурор. У нее тут соперников не нашлось.
Над образом Леутхайд поработали искусные мастера, и теперь девчонку из глухой германской деревни было не узнать. Шелковое платье в пол, перетянутое широким воинским поясом, переливалось яркими бликами.
А глубокий вырез, который привнесла в эту жизнь княгиня Мария, грозил вот-вот выпустить наружу налитую арбузную грудь. Непослушные соломенные волосы убрали в затейливую прическу, в которой тускло поблескивали заколки и гребни, украшенные камнями. На шее девушки висело массивное янтарное ожерелье, а на ее руках звенели золотые браслеты. Всего этого было много, все это было крупным и ярким до того, что рябило в глазах. Но именно этот образ попал в цель.
Из девчонки сделали воплощенную мечту любого викинга, и она сама это осознавала, горделиво красуясь перед двумя сотнями жадных глаз.
Голос у нее оказался не слишком сильным, но довольно приятным, а песня изобиловала громкими эпитетами вроде «могучий», «непобедимый» и «отважный». Сюжет был предельно прост и незатейлив, и в основном состоял из славословий в адрес Сигурда, которые тот слушал, совершенно потеряв остатки разума.
