Оно быстро увеличивалось, принимая очертания человеческой фигуры. Когда человек шагнул на песок, Таня увидела, что голова у него светится, точно объятая холодным огнем. Это лунный свет отсвечивал на серебряных волосах. Длинные вислые усы золотились. В опущенной правой руке Перун держал молот. Видно, для того, чтобы привлекать меньше внимания, он прилетел без своей разящей колесницы. Фигура Перуна внушала странный ужас. Вроде бы она была реальна, и в то же время видно было, что она не принадлежит этому миру.
Таня ощутила во рту странную сухость.
На что она надеялась, когда подкарауливала Перуна? На то, что остановит того, кто древнее самого Тибидохса? Как? Чем? И где же академик? Кроме нее, Ваньки и златоусого, на побережье явно никого не было."
"«Сейчас или никогда», – подумала Таня. Она оглянулась на Ваньку, но тот уже выскочил из-за камня, выскочил первым, чтобы принять удар на себя.
– Искрис фронтис! – произнес Валялкин.
Зеленая искра помчалась к Перуну и, зашипев, ударила его в плащ.
Языческий бог вскрикнул, скорее от неожиданности, чем от боли. Не удержавшись, он упал на песок, но сразу же перекатился и вскочил.
– Искрис фронтис! – запоздало крикнула Таня.
Как она и надеялась, «светлое» заклинание вступило в конфликт с «темной» магией. Двойная красная искра толкнула Перуна в грудь в тот момент, когда он уже собрался метнуть в Ваньку молот. Перун покачнулся. Его рука дрогнула и, изменив направление полета, молот ударил в камень за спиной Тани и Ваньки, расколов его.
Таня поспешно выпустила еще одну искру, но ей уже не хватило уверенности. Искра получилась слабой. Перун принял ее, даже не вздрогнув.
– И это все? – с презрением спросил бог.
Вернувшийся молот прыгнул к нему в руку, готовую для нового броска.
Таня оглянулась на Ваньку, не понимая, почему он не поддерживает ее своими искрами. Ванька лежал на песке. Один из осколков камня ударил его в голову.
– Ванька, Ванюша!.. Ты убил его! – закричала она на Перуна.
– Я промахнулся. Он только оглушен.
Глупая девчонка, ты уже второй раз встаешь у меня на пути… Твои поступки бессмысленны, а магия ничтожно слаба. Думаю, если я убью этого мальчишку у тебя на глазах, это будет хорошим уроком. А ты пока попробуй еще. Пожалуй, еще одну искру я вынесу, – глухо сказал златоусый, шагая к ним.
– Нет! – закричала Таня. – Ты не убьешь его!..
Внезапно перед лицом Перуна, загораживая от него Таню и Ваньку, возник Сарданапал. Глава Тибидохса был суров и серьезен.
