А вот если ты не будет менять носки каждый день, то умрешь смертью храбрых! – репетируя их будущую семейную жизнь, проворковала она нежнее, чем это делала даже незабвенная тетя Нинель.
* * *Уже смеркалось, когда Таня и Ванька поднялись на стену и стали готовить инструменты к полету. Ванька, не слишком доверяя Ягуну, проверил талисманы и амулеты. Минуту спустя контрабас и пылесос оторвались от стены и, держась рядом, взяли направление на Заповедную Рощу.
На Буян решительно и на всех фронтах наступала весна.
Земля – еще влажная, темная после таянья снега – была уже полна скрытых сил. Кое-где эти силы уже пробились свежей травой и клейкой листвой на деревьях. Одна лишь старая Заповедная Роща сонливо сопротивлялась весне. Но даже и здесь, в царстве покоя, ревматические ветви старых дубов уже набухали почками.
За рощей, у океанского побережья, Таня и Ванька снизили скорость и перешли на медленное заклинание.
– Предпоследняя буква в DEUS была тут, примерно напротив вот этого утеса. Значит, последний знак окажется… э-э… здесь, прямо против побережья.
Ждать, когда прилетит Перун, лучше тут, – сказал Ванька, кивая на узкую прибрежную косу, которая шла вдоль скал.
Контрабас и пылесос благополучно опустились на песок. Было уже почти совсем темно. Океан скорее угадывался. Слышно было, как он лижет песок. Оглядевшись, Таня с Ванькой скользнули за большой камень и, положив за него контрабас с пылесосом, притаились.
Было холодно. Камень покрывало множество мельчайших капелек. Таня, не удержавшись, лизнула одну.
Она ожидала, что капелька будет солоноватой. Но она была теплой и пресной. На разглаженном штормами песке отчетливо видны были многочисленные следы чаек. Вскоре Таня совсем замерзла и прижалась к Ваньке. Тот попытался вспомнить согревательное заклинание, но сумел вспомнить только первое слово: стограммус. Второго слова он, хоть убей, так и не вспомнил, и заклинание, естественно, не сработало.
– Впервые жалею, что я не Шурасик. Вот уж у кого точно нет раннего склероза! – пробурчал Валялкин.
Они ждали, ждали, ждали… Ждали и еще раз ждали. Ничего. Наконец где-то около двух часов ночи терпение окончательно покинуло их.
– И Сарданапал почему-то не пришел!.. Может, сегодня ночью Перун не прилетит? – спросила Таня.
Она хотела уже встать и выйти из-за камня, но Ванька внезапно крепко зажал ей рот рукой.
На горизонте, там, где из-за тучи выглядывала большая, похожая на совиный глаз луна, появилось темное пятно.
