И своему сыну, пусть даже от совершенно случайной женщины, он категорически не желал собственной участи.
Задумчиво повертев в руках ручку, Эмиль потянулся в карман за телефоном. Нужно было что-то решать. Нужно было что-то делать, чтобы обезопасить женщину, которая внезапно… стала занимать в его жизни особое место. Чтобы дать ей возможность снова свободно дышать.
А себе — быть с ней рядом.
В конце концов, можно же попытаться найти хоть что-то, что поможет зарыть этого мерзавца раз и навсегда! Орлов умен, но у каждого есть свое уязвимое место.
Каждый совершает ошибки…
Нахмурившись, Эмиль запустил руку в левый карман, когда в правом телефона не обнаружилось. Но и там было пусто, как и в карманах брюк.
Он попытался сообразить, когда видел смартфон в последний раз. Кажется, еще за завтраком, в столовой. В машине был отдельный телефон, служивший навигатором, поэтому там он основным устройством не пользовался.
Значит, оставил в доме отца. Неудивительно, потому что едва в столовой появилась Вероника — и он тут же забыл обо всем, сбитый с толку всеми чувствами, которые она в нем вызывала.
"
"Что ж, придется ехать обратно. Смартфон наверняка уже буквально разрывался от звонков, да и он без него был буквально как без рук.
А еще это давало ему возможность вновь увидеть Веронику. И это вызывало в нем какую-то глупую, по-детски наивную радость.
Благодаря пробкам он оказался у дома только час спустя. Не теряя времени, пересек холл и уже хотел было зайти в столовую, но остановился, когда из гостиной донеслись звуки музыки.
Вероника говорила, что играет его отцу. Да и сам он слышал ее инструментальное исполнение Синатры. Влекомый смутно знакомой мелодией, он приоткрыл дверь и замер на пороге, когда понял, что за роялем сидит вовсе не Вероника.
Играл отец. Задумчиво перебирая клавиши, наигрывал песенку, которую Эмиль вспомнил в тот же миг, как увидел его за инструментом. Эту несложную мелодию отец, вовсе не являвшийся профессиональным музыкантом, когда-то давно, в детстве, играл Лене.
И, видимо, именно это стало причиной того, что сестра годы спустя тоже захотела освоить игру на рояле.
Он стоял на пороге, а в голове оживали почти забытые образы девочки с кокетливым бантом на макушке и широкой улыбкой во весь рот. Сестра была той, кому он отдал свое нерастраченное тепло. Той единственной, кто давал любовь ему взамен.
— Эмиль…
Он не сразу понял, что отец его зовет.
