В котелке уже варилась похлебка из картофеля, лука и кукурузы. Маловато, конечно… Бекон! Да, бекон подойдет.
Я выходила из коптильни с несколькими ломтиками бекона на тарелке, когда в голове всплыло еще одно воспоминание на тему, которую я твердо решила закрыть раз и навсегда. Бри рассказывала мне — и Джейми — о послании, оставленном ей Фрэнком. Это было очень тяжелое письмо, по многим причинам. Но сейчас мне вспомнился последний абзац:
А еще… есть он. По словам твоей матери, Фрэзер отправил ее обратно ко мне, поскольку знал, что я смогу защитить ее — и тебя.
Она думала, что он погиб сразу после их расставания. Но он выжил. Я искал его — и нашел. И теперь в свою очередь отправляю тебя к нему. Зная — как и он знал тогда, — что этот человек будет защищать тебя даже ценою собственной жизни.
Мне впервые пришло на ум: если Джейми прав и Фрэнк действительно пытается что-то ему сказать — возможно, это не угроза, а предостережение.
118
Виконтесса
Саванна
Приехав в Саванну, Уильям не сразу отправился в дом лорда Джона.
Сначала он заскочил к цирюльнику на Бэй-стрит, чтобы избавиться наконец от щетины, подстричься и заплести волосы. Пожалуй, это все, что он мог сейчас сделать. Ну, разве что еще достать из седельной сумки относительно чистую рубаху и переодеться. Кожа на лице покраснела от бритья и лавровишневой воды — к сожалению, никакие парфюмерные средства не могли заглушить запах немытого тела. С такой досадной мыслью Уильям оставил лошадь в конюшне и зашагал в сторону Оглторп-стрит.
Подойдя к отцовскому дому, он в последний момент обогнул его и зашел на кухню через заднюю дверь.
Лорд Джон с братом куда-то отлучились. Ушли в лагерь, сообщила изумленная кухарка. А виконтесса? В гостиной, вышивает."
"— Спасибо, — поблагодарил Уильям и проследовал в дом, кое-как очистив сапоги от засохшей грязи.
Он не старался ступать потише; армейские сапоги мерно выстукивали барабанную дробь по окрашенным половицам. Остановившись в дверях гостиной, Уильям увидел Амаранту: та сидела, выпрямив спину и широко распахнув глаза.
На коленях у нее белел отрез шелка с наполовину законченной вышивкой, а в руке застыла игла с алой нитью.
— Уильям, — произнесла виконтесса, склонив голову набок. Ни он, ни она не улыбались.
Прислонившись к косяку, Уилли скрестил руки на груди и в упор посмотрел на девушку.
— Я нашел его.
Амаранта окинула вошедшего долгим взглядом и энергично тряхнула головой, словно отгоняя надоедливых мошек.
