— Где? — хрипло спросила она, комкая шелк свободной рукой.
— В местечке под названием Морристаун. Это в Нью-Джерси.
— Там, где его могила? Но ведь ты говорил, что Бена в ней нет…
— Бен определенно не в могиле, — заверил он, даже не пытаясь скрыть сарказм.
— Хочешь сказать, он… жив? — Амаранта вполне владела голосом, хотя на щеках выступил румянец; в глубине изменчивых глаз мелкими рыбешками метались мысли.
— О да. Тебе это прекрасно известно. — Уильям молча смотрел на нее пару секунд, а потом добавил: — Он теперь генерал.
Генерал Рафаэль Бликер. Ты и об этом знала?
Амаранта медленно вздохнула, не отводя взгляда.
— Нет, — ответила она наконец. — Однако я ничуть не удивлена. — Ее губы на миг сжались. — Значит, Бен теперь с Вашингтоном. Батюшка Пардлоу говорил, что отряды повстанцев расквартированы на зимовку в Нью-Джерси.
Виконтесса выронила шелк, и тот змеей соскользнул на пол. Она порывисто встала, опустив руки со стиснутыми кулаками, и повернулась к собеседнику спиной.
— Бен сказал, это была твоя идея, — тихо произнес Уильям.
— Чтобы он притворился мертвым.
— Я не смогла его остановить, — сквозь зубы процедила Амаранта, обращаясь к желтым обоям из туаль-де-жуи[290]. — Хотя умоляла не делать этого. Умоляла! — Она повернулась и уставилась на него горящим взглядом. — Сам знаешь, какие Греи. Вобьют себе что-то в голову — и плевать хотели на все. И на всех.
— Не сказал бы, — возразил Уильям. Сердце, замершее на миг при виде Амаранты, снова забилось ровно.
— Заставить их передумать действительно невозможно. Но это не значит, что им плевать на других. Бену вот точно не было. — Он прочистил горло. — По крайней мере, на тебя.
Синяки от тумаков кузена — лучшее тому доказательство.
Я хоть сейчас готов их предъявить. Уильям не сказал этого вслух: по лицу Амаранты было видно, что она и так ему верит.
— Этого недостаточно, — заявила она дрогнувшим голосом. — Даже близко. Бен согласился исчезнуть только из-за Тревора, после моих слов о том, каково будет мальчику расти сыном предателя.
Иначе бы выложил все отцу и устроил грандиозный скандал, а потом отправился навстречу славе вместе со своими драгоценными повстанцами. Такой вариант понравился бы ему куда больше, — добавила она с едва заметной усмешкой, выражавшей не то горечь, не то иронию.
В комнате повисло молчание. Наверху слышались чьи-то шаги и приглушенные вопли Тревора. Амаранта метнула взгляд на потолок, но не сдвинулась с места.
