Часть меня, часть моей сути, часть моей жизни.
Финиширую первым, за мной через четыре секунды вырывается Порш, за ним Веросса.
Толпа ликует, Марат подбегает, стучит в стекло, оглушает даже в шлеме. Пока не обращаю на него внимание. Он как муха, что зудит и мешает. Смотрю на Милу. Она так и смотрит вперед, руками опять подпирает приборную панель, грудь часто вздымается, словно она бежала все это расстояние самостоятельно.
— Мила? — тормошу ее за плечо, — ты как?
Ноль реакции. Черт. Может, недооценил ее. Мне показалось, она хотела быть со мной вместе.
Ее глаза просили об этом.
— Мила? — чуть громче ее зову, — машину окружают люди, просят выйти, уже все машины зашли за черту финиша, готовится следующий заезд.
— Боже, ты каждый раз так быстро ездишь? Мне показалось, я видела свет, — голос тихий, с хриплыми нотками.
— Свет? — ну твою мать…
— Ну, скорость света.
— А, вот ты о чем, — стучат в стекло громче, — Я уж было подумал.
Она снимает шлем и, наконец-то, смотрит на меня. Вижу отражение огней в ее глазах.
Но они также полны восторга. Передо мной Мила, что выпустила свою темную сторону на волю — погулять и подышать свежим воздухом. Улыбаюсь этим мыслям. Захотелось прикоснуться к ней. А еще странное желание, чтобы она мне в этом отказала. Хочу увидеть ее зубки. А то, что они у нее есть, я теперь не сомневаюсь.
Мы смотрим друг на друга, как в замедленной съемке. Откат. Сначала мы мчались на запредельной скорости, а теперь для баланса все вокруг должно замедлить свой ход.
Шоколадные глаза полны тепла.
Оно так и искрит им.
Хочется ее поцеловать. Адреналин еще в крови. Бешеный поток никак не успокоится. Все из-за него, определенно. Других объяснений нет.
Дыхание Милы тоже еще частит. Она приоткрыла губы, вбирает в себя с шумом воздух, будто начинает задыхаться. Глаза бегают. Понять бы о чем думает, что хочет."
"Сочная картина. А потом я притягиваю ее ближе и целую. Мила уперлась маленькими кулачками мне в грудь, но даже не пытается оттолкнуть. Губы у нее сладкие, правда как шоколадка.
Провожу языком по нижней губе, на них следы ее страха. Но он вкусный. Хочется втянуть его в себя, забрать у нее. Губы приоткрыты, я без труда и капли ее сопротивления проникаю языком. Долгожданная эйфория. Это не победа, не скорость и не гонки. Может, все вместе взятое, а может, в корне отличается от всего этого. Просто все по-другому, но накрывает так же, с головой. Адреналин, что в крови начал утихать, вернулся снова. Такой же дикий и безбашенный.
