Может, дадите совет, как именно нам делать внуков.
Пилот болида под номером сто двадцать Глеб Навицкий обгоняет сразу трех соперников, рискуя на повороте. Он оставляет их позади, финишируя пятым в гонке. Небывалая скорость и мастерство. Он зарабатывает сверх балл за лучший круг в гонке.
— Глеб… — проблеяла моя мать, как-то странно. Очень тихий голос, будто извиняется перед всеми за меня. Это лишнее, на мой взгляд. Ведь извиняться ни перед кем я не собираюсь.
— Так, ну все. Хватит! — поднимаюсь из-за стола и протягиваю руку Миле.
— Ну что застыла?
— Глеб? — еще тише позвала меня Мила.
— Мила, поднимай свой балетный зал. Мы уходим. Представление на сегодня закончилось. Мы не победили, но в десятке лучших. Твой муж молодец, — улыбнулся я, показывая белоснежные тридцать два.
Мы уходим громко, двигая стулья с противным скрежетом по полу. Так ставится точка. На сегодня. Что будет дальше — посмотрим. Гран-при еще не закончено. Мы только в начале пути. Но уверен, вырвались вперед турнирной таблицы.
За руль нельзя — я выпил. Это одно из правил, которым следую неукоснительно. Не потому что не уверен. Я знаю, как важна каждая секунда в пути. Под алкоголем она растягивается и кажется вечностью. И эта вечность может стоит тебе жизни. Или кому-то, кто встретится на твоем пути.
— Меня что-то потряхивает, — мы зашли за угол ресторана, чтобы никто нас не увидел. Вдруг кто-то из родственников решит догнать и начать воспитывать? Это я намекаю на отца. Милка стоит, облокотившись о стену и смотрит вниз, под ноги.
— Смотри, — показывает ладонь, которая и правда дрожит.
— Может, тебе холодно? — хочу снять нелепый пиджак и накинуть ей на плечи. Верхняя одежда осталась в гардеробе. Глупо с моей стороны было. Теперь ведь я не один.
— Нет. Мне наоборот жарко. Я первый раз так… поступила. Сбежала, представляешь? С тобой? — начинает смеяться, задорно так, открыто. Смотрит в глаза. А в них уже не только огни и чертята, что жонглируют радостно ими. Там такой азарт. Миле нравится то, что было.
Она поддержала меня, и ей это понравилось.
Но знаете, что может произойти, когда по венам чистый азарт? От скорости, от адреналина, от возможности? Ошибки, о которых можешь потом пожалеть."
"Смотрю на ее губы, что опять стали бантиком. Провести бы сейчас языком, слизать вкус вина на них. Терпкий, густой, без капли сладости, но такой пьянящий. Черт. Вот та ошибка, которую нельзя допустить. Снова заковываю эту мысль на цепь и оставляю внутри.
