А когда дерутся риары, это плохо заканчивается. Я слышал, лет двадцать назад так же поругались из-за одной девы. Так того города, где поругались, больше и нет…
Ткань я отбросила, как ядовитую змею.
— А если я не хочу никого выбирать?
— Так украдут, — меланхолично отозвался Вирн. — Хотя ты же теперь хёгг, — он потер вихрастый затылок, пытаясь решить слишком сложную для него задачу. И, решив, кивнул: — Все равно украдут, хоть и хёгг. Утащат и в пещере спрячут. В большой пещере… Риары же, кровь такая.
— Сороки тоже все блестящее в гнездо тащат! — обозлилась я.
— Я что, сувенир, чтобы меня прятать? И не хочу я никого… выбирать!
— Придется, — пожал плечами мой страж. — И ты это… одна-то не ходи. А лучше вообще никуда не ходи.
Я сердито уставилась на Вирна. Отлично! Теперь я должна сидеть взаперти, чтобы меня не украли?
— А ночью лучше в сундук спрятаться, — посоветовал он. — А то залезут же…
— Проклятые риары! — буркнула я. — Головорезы и разбойники! Чтоб их всех!
И особенно одного, золотоглазого.
Снова вспомнила, как молчал на совете Сверр. Когда остальные расхваливали мне красоты своих земель и предлагали себя в мужья, Сверр молчал. Ведь у него уже есть невеста. Давно сговоренная. И проклятая честь этого ильха не позволит ему отказаться от своего слова! Родовитая невеста женой войдет в Нероальдафе, а я… Я — просто чужачка из Конфедерации. И плевать, что с кольцом на шее!
И пусть со мной он целуется на груде золота, пусть меня прижимает к постели так, словно сдохнет, если не возьмет, пусть на меня смотрит горячо и жадно, но женой ему станет другая.
Ненавижу!
Ярость обожгла внутри, и Вирн вдруг дернулся в сторону."
"— Твои глаза, — сипло прошептал он. — И волосы! Ты меняешься…
Я посмотрела недоуменно, шагнула к купальне, где блестело серебряное зеркало. И ахнула. Мое отражение смотрело на мир темно-красными глазами, а волосы приобрели отчетливый оттенок багрянца.
— Что это? — испугалась я. — Что со мной?
— Ты меняешь масть, — хрипло прозвучало от дверей, и я, вздрогнув, обернулась.
Сверр. Он стоял там, смотрел обжигающе… но не приближался. — Становишься отражением своего зверя. Так случается со всеми, кто надел кольцо Горлохума.
Я сглотнула слюну, ощущая липкий страх. Мало мне шрамов, теперь я стану красноглазым чудовищем?! Не думала, что последствия будут такими… Тронула свои волосы. Кажется, прядки даже на ощупь иные — гладкие…
— Они тоже изменятся?
— Да.
— Что еще? — Гадство, я не смогла удержать дрожь в голосе.
