И, спорю, он на это улыбается.
— Она сказала, что после фестиваля ты сразу поехал к ней, потому что соскучился.
— Да, на семейный обед. Ты же знаешь, мы это практикуем. Но потом… хочешь секрет? Я закрылся в ванной и трахал кулак, представляя тебя и твои черные трусики, в которых ты была утром в воскресенье. Кстати, какие на тебе сегодня, покажешь? — он пытается нащупать через шорты контуры белья, оттягивает резинку и заглядывает под них на мою голую задницу — спешила ведь, что первое в руки попало, то и напялила.
Из моего рта вырывается смешок, когда он выдыхает: «потрясающе, такое воспоминание тож лишним не будет».
— Да ну тебя. Боже, как же отвратительно д*очить на меня, находясь в ванной жены.
Он целует меня в лоб.
— Ага, все три раза. Так отвратительно, что остановиться невозможно. Только о тебе и думаю эти дни, никак не могу успокоиться.
— Не смешно, Егор.
— Да знаю, — голос становится серьезным. — Ужасная ситуация, малышка. Прости меня за нее.
— Но она сказала, что вы занимались сексом, — упорно повторяю, как попугай.
— Не друг с другом.
— Интересно, про кого она тогда рассказывала? — спрашиваю у него. Может, выяснил?
— Да пофигу, — он подхватывает меня на руки и несет в комнату, опускается на диван и сладко целует в губы. — Такты меня простишь? Я это слово произнес уже пятнадцать раз.
— Три только. За что именно тебя простить, Егор? Так много обид накопилось, я путаюсь в приоритетах.
— Что из-за меня тебе приходится врать. Сомневаться, — он чеканит слова, я понимаю, что его настроение меняется.
Вот теперь он действительно злится, но не на меня. А на себя и ситуацию, в которую нас всех поставил. — Пожалуйста, потерпи еще. Бросить и разрушить наши отношения — легко. На данном этапе — все еще легко. Я не знаю, стою ли я того, более чем уверен, что не слишком, но если ты можешь допустить, что да, — пожалуйста, прости меня. Когда я согласился покрывать Ксюшу, я не догадывался, что у меня появишься ты. Что страдать будешь именно ты. Я просто… с детства привык за нее заступаться, и продолжаю это делать по инерции.
Мы росли вместе, поводов было до **пы. А сегодня я смотрел на тебя и осознавал, что в защите ты нуждаешься ничуть не меньше. Если не больше. Вероника, зря ты себя накрутила. История твоих родителей — не наша история. У нас все по-другому.
— А как у нас?
— Узнаем, если продержимся еще немного.
— Думаешь, кто-то догадался? Я совсем не могу скрываться… Прости. Я старалась тебя не подставить.
— Ты не подставила.
