Лорд Горион поклялся уломать это непокорное животное, даже если придется сломать ему хребет.
— Добрый хозяин, — зашептал Гурджи, — поторопимся к королю Смойту! Без его подмоги одни тревоги!
Тарен словно бы не слышал. Слова конюшего заставили его побледнеть. Нет, Каер Кадарн далеко. Помощь Смойта придет слишком поздно!
— Где конь? — резко спросил он, пытаясь скрыть тревожную дрожь в голосе. — Хотелось бы взглянуть на эту потеху.
Конюший ткнул граблями в сторону длинной приземистой постройки с опускающейся почти до земли крышей.
— Там, на заднем дворе за Главной усадьбой. Но будь осторожен, — добавил он, — и держись подальше, не то этот бешеный конь и тебя затопчет."
"Тарен еще только приблизился к главной усадьбе, как услышал крики и громкое ржание Мелинласа. Ноги сами понесли его, и он помчался сломя голову. На вытоптанном, изрытом копытами заднем дворе не было ни травинки. Тарен увидел, как несколько войнов с трудом удерживали на длинной верёвке серого коня пытаясь водить его по кругу. Конь вставал на дыбы, кружился на месте.
Он упирался, вскидывал задние ноги и молотил воздух тяж1лыми, как булыжники, копытами. Коренастый всадник, пытавшийся удержаться в седле, вдруг взмахнул руками и грохнулся на землю. Лорд Горион так и остался лежать на неподвижно, словно мешок со свинцом.
Мелинлас метался среди воинов, пытаясь прорваться сквозь плотный круг людей. Один из воинов поспешил схватить лошадь под уздцы. Забыв про осторожность, Тарен закричал и помчался к лошади. Он успел схватить поводья прежде, чем воины опомнились и обнажили мечи.
Он обнял Мелинласа за шею. Тот радостно заржал. Тарен быстро вставил ногу в стремя. Только тут все пришли в себя. Кто-то ухватил Тарена за полу куртки, но он рывком высвободился и развернул коня. Тем временем лорд Горион опомнился, вскочил на ноги и теперь прорывался сквозь беспорядочную толпу воинов.
— Дерзость! Невиданная дерзость! — проревел он.
Его темная с проседью, коротко подстриженная борода по-ежиному ощетинилась. Тяжелое лицо покрылось багровыми пятнами, то ли от зреющих синяков, то ли от слепой ярости, то ли от того и другого.
Тарену некогда было размышлять об этом.
— Чужак! Наглый грубиян! Он посмел коснуться моего коня! — неистовствовал лорд Горион. — Покончите с ним! Пусть расплатится жизнью за это оскорбление!
— Я всего лишь вернул своего коня! — крикнул Тарен, — Это Мелинлас, сын Мелингара!
Высокий костлявый человек с перевязанной рукой внимательно посмотрел на него.
