Наверное, и твои родители проливают слезы в разлуке?
— Увы, — тихо ответил Тарен, возвращая куртку Амрена, — я не знаю своих родителей. И они не знают ничего обо мне.
— Тебе хорошо знаком крестьянский труд, — сказал Аэддан. — Если ты ищешь пристанище или то место, где тебе всегда будут рады, то считай, что уже нашел его.
— Кого бы я ни встретил на своем пути, пусть эти встречи принесут мне столько же радости и радушия, сколько дал мне твой дом, — ответил Тарен и не без сожаления распрощался с хозяевами.
Гурджи приветливо кивал им из-за спины Тарена.
Глава 3
Горион и ГастАэддан показал им самую короткую дорогу к твердыне лорда Гориона, и два путника достигли цели еще задолго до заката солнца. С удивлением Тарен обнаружил, что никакого замка нет. Вместо этого на взгорке толпились небольшие, но прочные постройки, окруженные частоколом из кольев, перевитых ивовой лозой, с замазанными глиной и плотно утрамбованной землей щелями. Ворота, сбитые из тяжелых бревен, были распахнуты. В них въезжали и выезжали всадники, проходили пастухи, пригнавшие коров с пастбища, тянулись горожане с мешками за плечами, входили запыленные путники.
Несмотря на сопротивление упиравшегося Гурджи, Тарен решительно двинулся вперед, стараясь не выказывать ни робости, ни колебаний. В снующей туда и обратно толпе они вошли в крепость незамеченными. Тарен без труда отыскал конюшни, которые выделялись среди остальных строений особой чистотой и прочностью. Он направился к молодому парню, сгребавшему сено, и, придав своему голосу побольше уверенности, крикнул:
— Эй друг! Скажи, не здесь ли серый конь, которого захватили воины лорда Гориона? Редкой, сказывали, красоты лошадка.
— Серый конь? — переспросил конюший. — Лучше сказать, серый дракон! Зверь! Он чуть не разнес в щепки свое стойло и так цапнул меня, это я век буду помнить. Думаю, лорд Горион еще до заката переломает ему кости.
— Как это? — ужаснулся Тарен. — Что он сделал с лошадью?
— Лучше спроси, что лошадь сделала с ним! — ответил парень, усмехаясь.
— Сбрасывала его уже не менее дюжины раз! Наш главный конюший и то не мог усидеть на этом дьяволе больше трех секунд. Но лорд Горион не сдается и даже сейчас, кажется, пытается его объездить. Его называют Горион Доблестный, — парень уже откровенно хихикнул и тут же испуганно прикрыл рот рукой. — Доблестный-то он доблестный, а по мне, так для такого занятия доблести маловато. Но его прихвостни знай подстрекают хозяина.
