Потом прикусываю ладонь, чтобы не закричать.
К окну бросаюсь и открываю настежь.
Марино выходит быстрым шагом из подъезда. Его ждет такси. Не отпустил, потому что знал, что вернется? Или забыл?
– Ненавижу тебя! – кричу на всю улицу. – Ненавижу! Ненавижу!
– Знаю. Я к тебе тоже не пылаю чувствами.
Схлестываемся взглядами, в каждом – сотни пуль, которые пробивают любую броню. Я думала, моя крепкая, нерушимая. Но ошибалась.
Под звук уезжающей машины закрываю окно и с рвущимися чувствами начинаю наводить бардак на своих крошечных метрах.
Швыряю вещи, кидаю что-то в стену. Ногами толкаю стулья. Ударяюсь. Плачу, плачу, плачу… Места не могу найти, куда приткнуться.
Не пылает он чувствами!
Дом ему мной не нравился!
Ушел…
Тру щеки, чтобы они быстрее высохли от слез. Складываю губы трубочкой, выравнивая дыхание. В воздухе все еще запах горького лимона, который ассоциируется у меня только с Майком.
Мне не хотелось, чтобы он уходил. Мне нужно было, чтобы он продолжал целовать. Чтобы остался.
Стены никогда не давили на меня еще так, как сейчас.
Потолок низкий, тишина густая. Эхо звучит: «Брошена».
«Завтра в девять заеду. Завтракать пойдем. Ненормальная!».
Сквозь слезы смеюсь. И правда ненормальная. Прогнала, но адски скучаю. А когда он целует, бью, что посмел прикоснуться ко мне.
Упертый итальянец. Головой качаю, время назад отмотать хочу. В тот август. Снова прожить каждый день с ним. Может, получится понять, где мы ошиблись.
«Я просила же тебя забыть ко мне дорогу».
Пишу, снова ругая себя.
Просто «Ок» написать не могу. Мой мозг, язык и чувства – это три разные вещи. Три разные жемчужинки. Не-нор-маль-ны-е!
«Я забыл, но запомнил водитель. Вынуждаешь, Эльза»."
"Глава 23. Таня"
"Раннее утро.
Я уже в велюровом спортивном костюме и в кроссовках бегаю по своим малочисленным метрам. Крашусь, но никак не могу выбрать помаду. Или лучше блеск для губ? У меня их множество, и все любимые.
Беру рюкзачок и спускаюсь. Этот уже стоит. А я радуюсь.
Дурочка. Ой, какая я дурочка.
Сердце распыляет тепло, когда смотрю на Марино, облокотившегося на машину и в упор смотрящего на меня. Как знал, когда спущусь.
– И зачем ты приехал? – нервно скрещиваю руки под грудью и перекидываю вес с одной ноги на другую. Не так я планировала себя вести. Улыбка Майка рушит все мои планы.
– Вот память у тебя… Позавтракать! Это первый прием пищи. Очень важный, между прочим.
Майк спускает очки в пластиковой оправе на нос и окидывает манерным взглядом.
