Наташа пила кофе и мысленно прокручивала вчерашний вечер.
Все было сделано правильно. Какие-то уголовники чуть не испортили продуманную и просчитанную до мелочей комбинацию. Она позвонила Рудину, и он приехал с четырьмя бойцами из спецгруппы. Он же вызвал ментов из восемьдесят восьмого отделения. Ребята сработали настолько чисто и грамотно, что эти три долбака даже опомниться не успели.
А Ельцов так и не понял, что случилось. Инструктируя Наташу, Рудин и Баринов предупреждали, что самым опасным ее врагом станет Ельцов-старший — уж больно хорошим оперативником был бывший начальник МУРа, поэтому она должна была тщательно готовиться к каждой встрече с ним.
Но это все потом, а сегодня она поедет на дачу и проведет этот день в покое и праздности. Видеть Юрия ей сегодня не хотелось. Единственная радость, что новый объект оказался превосходным партнером в постели.
Она допила кофе и начала одеваться. Скорее в Переделкино, скорее в тишину и покой.
* * *Золотой тоже собирался в Переделкино.
Прежде чем поехать к Филину, он долго говорил со своим старшим братом, тоже вором в законе, коронованным в далекие послевоенные времена. Старший брат Леха, по кличке «Калач», которую ему дали из-за фамилии Калачев, в прошлом известный на Москве грабитель, слушал младшего внимательно, пил чифирь и курил сигареты «Памир» из наборного плексигласового мундштука.
Он ни разу не перебил младшенького. Когда Золотой закончил, Леха Калач, подумав, спросил солидно:
— А какая тебе выгода это ярмо надевать? Хочешь с беспределом бороться?
— Ты, братан, даешь! Что я, из дурки подорвал, чтобы за чужих мазу держать? Ястреб этот кончил Жорку Ереванского, мы от него добро видели, чуть Махаона не угробил, Федора замочил.
Федор ведь твоим кентом был.
— Был, — согласился Леха Калач, — но тебе-то Ястреб этот хренов дорогу не перебегал и в делах общих не крысятничал, зачем ты мазу за Махаона держишь?
— Он мой кент.
— А как Махаон сам крысятничать стал, а? А фраерок этот, Юра, что вчера приходил, чистенький, как бушлат новый, ты и за него мазу держишь?
— О нем Петро маляву прислал, этого тебе мало?
— Слушай меня, брательник, одно дело кенту на зону грев отправить, а другое — толковище устраивать.
Ты что, хочешь, чтобы Филин правило собрал? Ну, соберет он его, какое твое слово на нем будет? Ты слышал, что грузинские воры, твари беспредельные, Ястреба поддерживают? Значит, слово твое должно быть таким, чтобы его разговор перевесить.
