Ее высочество оказывается было недовольно, что я принял тебя к себе на работу, и решило исправить несправедливость своими способами. Только с подельницей ошиблась.
— Я не понимаю, как так можно.
— А вот так, Есения. Вот так, — судя по интонации он был далеко не так спокоен, как казалось на первый взгляд, — в следующий раз перепроверяй все тщательнее.
— Я проверяла. Просто…просто не думала, что такое может случится. У нас с Алисой сразу конфликт начался, но я даже мысли не допускала, что может дойти до такого.
— Я не лучше, — хмыкнул он, — Альбина просунула эту дуру мне под самый нос, а я и не заметил. Не понял, что они связаны. Теперь надо тщательнее подходить к подбору персонала, на тот случай, если она снова решит внедрить кого-то своего мне под бок.
У меня аж в боку закололо, потому что это уже слишком.
Вся жизнь ведь перед глазами пронеслась, когда шла в кабинет начальника. Я успела распрощаться с карьерой, с возможностью самостоятельно лечить и поддерживать мать, со всеми планами, которые так дерзко посмела составить.
Пускай кому-то это покажется мелочью, но для меня это целая жизнь. Сложная, не особо радостная, но какая уж есть.
А Альбина просто взяла и влезла. Пусть попытка провалилась, но сам факт…
— Простите, что вам пришлось из-за меня в этом разбираться.
Роман только махнул рукой:
— Это было несложно. Плюс благодаря этой ситуации я избавился от крысы. Так что не все так печально, но… тебе надо поговорить с Маратом.
— Не-не, — я отвела взгляд, — не буду.
Ситуация разрешилась, Алиса уволена, так что какой смысл жаловаться?
Никакого! Потому что Ремизов выберет ее. Даже если я расскажу о подставе, он просто пожмет плечами, и скажет «бывает». Или поедет с ней разбираться, а в результате останется на ночь.
Роман посмотрел на меня как-то странно, будто хотел о чем-то спросить, но вопрос так и остался не озвученным. Вместо этого он сказал:
— Иди. У тебя есть полчаса, чтобы еще раз перепроверить документы и прислать мне нормальный вариант.
***
Когда я вернулась в кабинет, Алисы там уже не было.
Ее рабочее место выглядело так, словно по нему пронесся ураган – кресло в стороне и развернуто спинкой вперед, ящики выдвинуты вразнобой, по столу – россыпь ручек и карандашей. Мусорное ведро тоже перевернуто, будто кто-то в запале ярости его пнул.
— Тебя тоже уволили? — сходу набросилась на меня Елена Алексеевна.
— Нет. Только ее, — скованно произнесла я.
Кажется, у меня начался отходняк.
