Я сидела на холодном полу и окуналась в некую безысходность. Мой взгляд постоянно останавливался на мужчине.
– Вы были знакомым моего отца? – всё же шепнула я.
– Запомни на будущее, которое, я надеюсь, у тебя будет, здесь лучше молчать и даже дышать очень тихо. Сними свой плащ, и спрячься под ним, по возможности изображай труп. Слишком активные быстро оказываются вон в той клетке посередине.
Глянув на арену, я сглотнула и вытерла с лица слёзы, тыльной стороной кисти.
– Не плачь, – тут же шепнул он, – не надо плакать, я не обижу.
– И как часто там… – я не могла подобрать нужного слова.
– Не часто, но и не так редко, как хотелось бы. Так что просто затаись и не привлекай к себе внимания.
Я быстро закивала и потянула за завязки своего плаща, стягивая его с плеч. Мои пальцы не слушались, меня всё ещё немного трясло.
– Но вы не ответили на мой вопрос. Вы знакомый моего отца?
– Живым я его не знал, – ровно произнёс мужчина, – лучше не лезь ко мне с расспросами, красавица.
"
"В коридоре послышался неясный шум. Я замерла, а потом быстро накинула капюшон на голову, скрывая тело под тканью плаща.
Гуроны вели рыжеволосую.
Умертвие слишком покорно плелось вслед за ними. Но стоило ей оказаться в соседней камере за закрытой дверью, как она тут же накинулась на её обитателей.
Отвернувшись и закрыв лицо ладонями, я пыталась не слушать булькающие звуки. Через пару минут всё снова стихло.
– Я доберусь до тебя, вартеса, – глухо зашипела она.
Глава 11
Сидя на холодном полу, я не знала, что и думать, и как быть.
Меня съедало то чувство, когда хочется соскочить с места и куда-то бежать, но толстые прочные решётки клетки этому не способствовали.
Я постоянно ловила себя на том, что пытаюсь рассмотреть, дышит ли мой сосед. Поднимается ли под этим грязным потёртым линялым одеялом его грудная клетка.
Тишина угнетала. Она давила на сознание, медленно сводя с ума.
– Отсюда можно выбраться? – шёпотом спросила я у своего спасителя, надеясь, что это его не разозлит.
Ведь гуроны назвали его бешеным. А по мне, так первый нормальный человек, встретившийся мне за последние несколько дней. Да, я думала о нём, именно как о человеке, живом и разумном. Не желала я видеть в нём умертвие.
– Не думай об этом, – не сразу отозвался он. Одеяло чуть натянулось, и мужчина сел ровнее. – Это не то, что должно заботить тебя.
Шмыгнув потёкшим носом, я обняла колени и поставила на них подбородок.
