Чу Ваньнин и правда знал, ведь об этом писалось в любой книге, где упоминалось Гуюэе. Более того, то деяние главы школы целителей считалось одним из величайших достижений перед миром совершенствования…
Ученики школы целителей Гуюэе разыскали двадцать молодых девушек с кровью прекрасных костяных бабочек, после чего отобрали самых здоровых, крепких и выносливых заклинателей, чтобы они круглые сутки совокуплялись с ними ради зачатия детей. Как только девушка беременела, глава с помощью чудодейственного зелья стимулировал быстрое развитие плода, чтобы уже через четыре месяца на свет появился младенец.
Только что родивших женщин тут же оскверняли вновь, вынуждая их опять беременеть и рожать… Чтобы не дать угаснуть родословной прекрасных костных бабочек, это повторялось снова и снова.
Вот только подобный подход был больше похож на разведение на убой свиней или баранов.
Хотя, почему похоже? Они ведь на самом деле были скотом, разводимым на убой.
Когда ребенок рождался, мальчиков тут же разделывали, чтобы изготовить из них чудодейственные пилюли, или напрямую продавали богатым семьям и школам, вроде Духовной школы Жуфэн.
Девочек оставляли и держали в неволе до тех пор, пока они не вырастали, чтобы использовать их для спаривания и размножения.
«Спаривания».
Чу Ваньнин до сих пор помнил, что когда впервые увидел это слово в книге «Чудодейственные пилюли Гуюэе, как лучшее средство для экстренной помощи», его затрясло от шока и омерзения.
Ши Мэй улыбнулся, но на этот раз улыбка на его лице выглядела немного бледной и горькой:"
"— Они использовали свои практики работы с ядами, чтобы обрабатывать[297.
2] плоть прекрасных костяных бабочек и этим заслужили одобрение всего мира совершенствования… Живые люди… это ведь были живые люди. И только потому, что в их крови была небольшая примесь крови древних демонов, что могла принести пользу чужому совершенствованию, живых людей посчитали за скот, — чтобы скрыть свою боль, Ши Мэй резко поднял чашку и сделал глоток чая, однако было видно, что его пальцы едва заметно дрожат.
— Лекарство, что побуждает эмбрион быстрее расти, наносит непоправимый вред матери, так что ни одна их этих юных прекрасных костяных бабочек для разведения не дожила и до тридцати лет. Вот только такая короткая жизнь для них была даже благом, ведь только так они могли покончить с этим бесконечным кошмаром постоянного «спаривания» и «размножения».
