Для этого ты создал Тасянь-Цзюня, и с тех пор тем безумцем, что устроил резню в Духовной школе Жуфэн, и кровавым тираном, которому не отмыться от пролитой крови, стал именно он. Вместо тебя он делал то, что тебе было необходимо сделать, но делать сам ты не хотел. Да ты просто гений.
— Слова Учителя несправедливы, — Ши Мэй печально вздохнул. — Я и не помышлял об уничтожении Духовной школы Жуфэн. Это была его личная месть.
— Если бы в нем не было Цветка Вечного Сожаления Восьми Страданий Бытия, разве пошел бы он на такое чудовищное преступление.
— Думаете, без Цветка Вечного Сожаления Восьми Страданий Бытия он бы не мог совершить все эти ужасные вещи?
Чу Ваньнин заглянул в глаза Ши Мэя:
— Он не стал бы.
Ши Мэй лишь усмехнулся и махнул рукой, что означало, что он больше не хочет продолжать этот разговор.
— Ладно, незачем спорить об этом, — сказал он. — В любом случае, как я сказал когда-то Сюй Шуанлиню, во мне живет надежда, что уже на нашем веку способные люди будут жить в почете, заурядные тупицы станут рабами, а добро и зло будет оплачено сторицей.
И это не ложь, я правда так думаю, — сделав паузу, он продолжил, — однако для прекрасных костяных бабочек дарить добро другим — это жертвовать своей жизнью. Наша дорога домой должна быть вымощена кровью, у меня не было другого выбора.
Чу Ваньнин закрыл глаза.
Ши Мэй вновь наполнил свою опустевшую чашку чая и со вздохом продолжил:
— Учитель, вероятно, не может понять, почему ради возвращения расы прекрасных костяных бабочек в демонический мир я готов пожертвовать жизнями почти всех людей из двух смертных миров.
На самом деле, понять это не так уж и сложно…
Он посмотрел на легкий парок, поднимающийся от чашки.
В комнате стало очень тихо, и лишь глубокий голос Ши Минцзина по-прежнему нарушал эту тишину.
— Учитель, видели ли вы, как на охоте загоняют стадо диких буйволов? Обезумевшие, с жаждой убийства в красных глазах, в этот момент им так хочется поднять на рога всех людей и животных, что преграждают им путь.
Это врожденный инстинкт самосохранения."
"Чу Ваньнин понимал, что он имеет в виду: в самом деле сейчас прекрасные костяные бабочки были похожи на стадо загнанных зверей. Со всех сторон их окружали лишь алчущие крови морды, на которых ясно читалось страстное желание содрать с них шкуру и вырвать кости.
