Ты проживаешь в коммунальной квартире напротив Управления, имеешь там отдельную комнату, и ничто не мешает вам встречаться постоянно, если не стонать, конечно, очень громко… Иногда ты ходишь к ней… Думай, Вадим, – перед несостоявшимся арестом Булавина вы были вместе, говорили по душам; перед визитом к Павлинскому вы снова встретились. И в тот день, когда мы выжили в катакомбах, она тебя так жалела, а ты говорил, говорил… Откровенничать – это у вас что-то вроде игры: она говорит, ты говоришь… Как можно ей не доверять, она ведь такая непосредственная, особенная.
А рано утром она убегает, или даже ночью – неожиданно вспомнив про репетицию или что-то еще.
На Казанцева было жалко смотреть. Он принимал бледный вид, жалобно стрелял глазами в товарищей, словно ища поддержки. Те опускали взоры, делали вид, что находятся в другом месте.
– Это все не так, товарищ майор… Я докажу, вы сами убедитесь, какой это человек…
– Э, братец, да она тебя околдовала, – покачал головой Алексей.
– Хотелось бы встретиться с этим гением по обработке людей. Говори адрес.
– Улица Таловая, дом 23, квартира 17. Это жилище досталось Оксане после смерти ее родителей…
– Где она сейчас?"
"– Должна быть дома после ночной репетиции в театре. У них премьера запланирована – новая пьеса по роману Максима Горького. Она, конечно, не ведущая актриса…
«…но, безусловно, талантливая», – подумал Алексей.
Дверь открыла девушка в домашнем халате – длинноногая, с распущенными волосами.
Она и впрямь была хороша, только нос немного подкачал – выглядел чересчур любопытным.
– Вадим? – Она распахнула темные глаза с необычайно длинными ресницами, неуверенно улыбнулась. – Но, родной, мы же договорились, что только вечером…
– Оксана, произошло недоразумение… – севшим голосом забормотал Казанцев. – Но сейчас мы все разрешим, не волнуйся…
Алексей вышел из-за угла и оттер Казанцева плечом.
Девушка по инерции улыбалась, но в глазах уже отразился холод. Она стрельнула глазами, отметив, что за спиной у майора есть кто-то еще.
– Гражданка Вахновская? Мы можем с вами поговорить?
Она была блестящим физиономистом. На лице майора ни капли эмоций, чего-то еще, а ведь она все поняла, догадалась, что по-старому уже не будет.
– О да, разумеется, – проворковала девушка, не стирая с губ улыбки. – Проходите, пожалуйста.
