Выписку вынес пожилой полный врач и, уставившись на Алю в упор, недобро спросил:
– А вы-то ей кто, этой Лобановой?
– Подруга, – тихо ответила Аля. – Я здесь, потому что у нее больше никого нет.
– Сирота? – удивился врач.
– Можно и так сказать. Отец ушел из семьи, и Олина жизнь его не интересует. Совсем. После аварии я ему позвонила, но он был на гастролях. Все передала его новой жене. Та, в свою очередь, обещала передать все ему. Сказала, что он должен вернуться дней через десять. А было это месяц назад.
Аля видела, что лицо старого доктора смягчилось.
– А мать? Где ее мать? Умерла?
– Мать в сумасшедшем доме. Она совсем не в себе."
"– Ясно, – врач протянул Але выписку. – Знаешь что, девочка? Вот что я тебе скажу. Травмы у твоей Лобановой серьезные. Поломалась она здорово. Я в травме сто лет, а если точнее, то сорок, много повидал. И ты мне поверь: не бери все на себя! Ей надо как-то приспосабливаться к жизни. Самой приспосабливаться, понимаешь? Ситуация у нее не ахти, не спорю. Но и характерец! Будь здоров характерец, не дай бог, кому такая достанется в жены.
И самомнение, и нахальство. И пустая бравада. А там, внутри, – пшик, понимаешь? Но это дело не мое. Просто предупреждаю – чем меньше будешь вокруг нее приплясывать, тем быстрее она вернется к нормальной жизни. Ей-то как повезло – в машине, как я помню, два трупа и один инвалид. А она почти в порядке. Через полгода будет скакать, как коза, ты мне поверь. Предупреждаю, потому что хорошо понял твою подружку – использовать людей она умеет грамотно, ловко.
Вот и подумай, усекла?
Аля кивнула. Вступать в долгий разговор с доктором не хотелось. Объяснять, что больной человек обязательно будет капризничать и привлекать к себе внимание, – тоже. Что Оле и так досталось, что называется, выше крыши. И что она действительно одна на всем белом свете. А что такое одиночество, Аля хорошо понимала. Но у нее была ба. А у Оли только она.
Нахмуренная и недовольная Оля курила.
– Что так долго?
– Выписку ждала. Я сейчас словлю машину, и поедем.
Жди.
– Господи, – протянула Оля. – Я уже скурилась, а ты опять «жди»! А этот старый идиот Иван Аркадич? Не знал, что я сегодня выписываюсь? Ему на кладбище пора, а он все людей лечит. Доктор Айболит хренов.
Ничего не ответив, Аля заспешила на улицу.
Бабушки дома не было. Оля стонала, опираясь на костыли. Аля раздела ее, отвела в душ, выкупала, как смогла, под недовольные комментарии и вскрики:
– Ай, больно! Ты что, не можешь поосторожнее?
Стиснув зубы, Аля молчала.
