Трусливый порыв зажать руками уши и закрыть глаза вспыхнул как спичка… и тут же погас, вытесненный болезненным в своей твердости желанием: не хочу больше жить во лжи!
— Никогда не думал, что однажды придётся вернуться к этому разговору, — порывисто начал отец свою часть истины. — Тогда казалось, что всё кончено и так действительно будет лучше, для всех.
— Как? — устало вздохнула я.
— Помнишь ту ночь, когда ты загремела в больницу с отравлением? — краткий кивок с моей стороны. — Поначалу никто не понял, что случилось.
Тебя увезла скорая, Кристинка рыдает, двух слов связать не может, врачи ничего не комментируют, лишь женщина со скорой бросила, что нужно лучше следить за детьми… Я тогда так испугался. Думал, что поседею за ночь.
Моё сердце сжалось, погребённое очередной волной самообвинения. Я не должна была…
— Испугался… и разозлился. Словно случившееся было последней каплей. Предательство мамы и развод сильно меня раскатали, и ты была тем единственным маяком, что ещё как-то заставлял меня держаться на плаву.
Ты и… желание мести.
— Боже, — испуганно подскочила я на ноги, скинув с себя руки отца. Бессознательное и бестолковое движение, но я чётко поняла, что просто не выдержу физического контакта с ним. — Что ты сделал?!"
"Господин Килин бросил на меня болезненный взгляд снизу вверх и медленно проговорил:
— Когда ещё не было понятно и тебя увезли на скорой, я позвонил Элине… Без всякого умысла, просто мне казалось, что если она… что если мы оба будем рядом с тобой там, тебе это как-то поможет.
Смешно, мой план почти сработал…
— Уже в больнице, когда я вместе с врачами серьёзно припугнул Кристину, она сдала содержание вашего адского коктейля вместе с вашим коварным планом.
Я таки сдалась и изо всех сил зажмурилась.
— И в этот момент меня обуяла такая ярость… Чудо какое-то, что я ничего не сделал Тумановой, слава богу, мозгов хватило.
— Но сделал что-то маме… — догадалась я.
Родитель пару раз качнул головой, выпрямился в полный рост и, не глядя на меня, отвернулся к окну.
— Она приехала чуть позже. И… как только я увидел Элину с этим её… очкариком. Мама прорывалась к тебе, а у меня в голове пульсировала только одна мысль: что всё случившееся — исключительно из-за неё… Дерьмо буквально так и пёрло из меня. Если кратко, то свелось всё к тому, что ты пыталась убить себя, не справившись с её предательством.
— Папа… — простонала я, прикрыв рот ладонью.
— Я… я не это хотел сказать. Если в целом… то смысл вышел примерно такой.
