Теперь я официально дипломированный специалист, и я очень рада тому, что Ник в свое время уговорил меня не бросать учебу. Да, в какой-то момент хотелось прекратить мотаться два раза в год на сессии. Особенно, когда я ждала нашу дочь. Мы назвали ее Алисой.
Тогда Ник полетел в Москву со мной и массировал поясницу, которая просто отваливались от многочасовых сидений на экзаменах.
После экзаменов мы остались в России еще на месяц. Рожали мы тоже в Москве.
А еще мне нужно было все-таки встретиться с мамой. Она имела право увидеть внучку, учитывая, что мы не собирались жить в России после родов.
Наша встреча прошла не так хорошо, как хотелось бы. Даже несмотря на то, что мы не виделись несколько лет.
Маме не понравился Николай буквально с порога, хотя я не представляла, как такое вообще возможно. Но после того, как она узнала нашу с ним разницу в возрасте, ничто не могло изменить ее мнения. Она не дала ему даже шанса."
"Весь час, что мы провели у моей матери в гостях, она лишь холодно обращалась к нему на «вы», по каким-то незначительным вопросам, например, предлагала чай.
Но ни разу не спросила его ни о чем более существенном.
Я же только и выслушивала от нее якобы шутливые претензии о том, что «забыла свою мать, не звонила и вообще пропала». Почему я не хотела все это время даже видеться с ней, мама так и не поняла.
С внучкой мама тоже познакомилась будто с одолжением. В голове не укладывалось, что именно такой стала наша единственная за несколько лет встреча, но теперь я понимала, что дело вовсе не во мне.
Я просто не была нужна матери, хотя не знаю, как такое возможно. Не все матери на свете совершены. А еще не все любят своих детей. С этим сложно смириться, но иногда просто нет другого выхода.
Когда, распрощавшись, Ник вышел из квартиры в машину, чтобы отнести тяжелое автомобильное детское кресло, мама произнесла фразу, которая перечеркнула все мои надежды на наши дальнейшие хорошие отношения:
— Не думай, что я буду обеспечивать тебя и твоего ребенка, Саша, когда этот тебя бросит, а он обязательно бросит.
Его тянет на молоденьких сразу видно.
Больше мы не виделись. Даже когда я прилетала в Москву из-за учебы.
Я только посылала ей деньги, которые зарабатывала сама в Африке, так как мама жаловалась на здоровье и дорогие препараты, хотя Ник говорил, что мне не обязательно быть такой принципиальной и брать только собственные деньги, но я не могла иначе.
В моей душе все еще оставался большой комок противоречий, которые разрывали меня на части.
