– Пока нельзя, – категорично ответил капитану его помощник.
– Почему? Разговор же идет о киллерах и о деле, которое расследует ФСБ. Мы же работаем совсем по другому следу. Нам нужен Стас-химик!
– Интересно в разговоре другое. У Доктора есть сведения, что вчера в Москву прибыла партия в пятьдесят килограммов героина. Это совсем не рядовая поставка. По ценам московского рынка – это пять миллионов долларов.
– И что?
– Судя по разговору...
– Я понял... – прервал Андрея Басаргин. – Понял...
Костромин только хмыкнул и переглянулся с Тобако.
– Рассказывайте, лучший аналитик ФСБ. Я допускаю, что мы мыслим одинаково, но у вас могут быть и собственные соображения. Это интересно.
– Пожалуйста. Я продолжаю мысль Андрея. Судя по разговору, поставка осуществлялась человеком по имени Али, а покупателем был тот, кого зовут Султаном. Это друг Лысцова. Для замыкания логической цепи, без чего невозможно построить версию, мне не хватало знания того факта, что вчера пришла в город большая партия героина. Теперь мы слышим разговор об этом.
Делаем вывод, что Али – оптовый продавец, имеющий связи с местами производства наркотика. Или, на худой конец, он просто промежуточное звено между производителем и конечным покупателем. Султан – оптовый покупатель, имеющий, судя по всему, цепь распространителей по городу, а возможно, и по области. Приходит большая партия, выбрасывается на рынок, но постепенно. Сразу такую партию выбросить невозможно. У потребителей порошка не хватит денег, чтобы купить все сразу. Но вслед за этим приходит еще одна партия.
«Меньше, но интереснее...» Обращает на себя внимание попытка заинтриговать словами. Может это быть при обычном товаре? При простом героине, при опиуме, при кокаине? Нет. Что это такое? Исходя из информации, с которой сейчас работает Доктор Смерть, мы вправе сделать вывод, что разговор идет как раз о той самой партии зараженного СПИДом раствора героина...
– В точку! – воскликнул Андрей. – Я тоже это вычислил.
– И я пришел к тому же выводу, – сказал Костромин.
– Очевидно, и дальше наши мысли сходятся... – сказал Басаргин чуть уныло.
Он привык, что его умозаключения отличаются от обычного мышления других оперов. Им следует добыть как можно больше фактов, пусть и не всегда причастных к делу, но больше и больше... Он же выбирал факты отдельные и связывал их в цепочку. А здесь, на новом месте работы, умение делать анализ является общей чертой. И он ничем не может отличиться. А отличиться очень хотелось, особенно в первом деле.
