Рук! Это не сон? Реальность? Ущипните меня! Немедленно ущипнете! Иначе в жизни не поверю!»
Нервно хихикнув, она зачем-то дотронулась до его щеки, будто смахивая с лица несуществующие крошки. Видимо, зря. Мужчина вздрогнул и ощутимо напрягся всем телом. Его и без того твердые мышцы сейчас напоминали металлические канаты. Ее игривое настроение как ветром сдуло.
Виктор Эдуардович аккуратно пересадил Лену со своих колен на диван, а сам, надрывно пожирая кислород легкими, уставился в потолок.
Отдышавшись, он громко оповестил обслуживающий персонал:
— Мы уходим! Счет, пожалуйста!
— Вы уверены? — уточнила она чуть слышно.
— До звонка еще пятнадцать минут. А с учетом перемены — все тридцать. Можем…
— Нет! — прозвучало бескомпромиссно. — Пора возвращаться!
Возражать она не стала.
Особенно после того, как заработала его недовольный рык в свой адрес, когда попыталась заплатить за себя сама. Тем не менее, стоило им оказаться на улице, настроение Макарова резко улучшилось. Возвращаясь в университет, они всю дорогу болтали о разной ерунде, всячески избегая в разговоре острых углов и нежелательных тем.
Мужчина расспрашивал Лену о ее увлечениях, хобби, планах на будущее.
Лишь один вопрос заставил девушку немного задуматься:
— Интересно, как же ты относишься к детям?
Белова ответила не сразу, но честно.
— Без понятия! Мне еще не приходилось с ними тесно контактировать!
На ее признание Виктор Эдуардович беззлобно рассмеялся:
— Еще неизвестно, кто от этого больше выиграл: ты или они!
Девушка тоже расхохоталась.
Искренне и задорно.
— Как вы себя чувствуете? — будто бы невзначай поинтересовалась Лена, когда они практически дошли до университетского крыльца.
— А как обычно себя чувствует человек, обожравшийся виагры?
— Не знаю… но очень надеюсь, что вам уже лучше…
— Вот и надейся!
— А…
— А я справлюсь."
"— С чем справишься, милый? — внезапно раздался поблизости до жути знакомый женский голос. На пороге института их поджидала Татьяна.
* * *Лена замерла на месте как вкопанная, с затаенным ужасом взирая на макаровскую пассию широко распахнутыми глазами.
Виктор Эдуардович по инерции сделал еще шаг вперед и тоже остановился, недоуменно хмуря брови. Таня в свою очередь пристально разглядывала их обоих, натянув на лицо непринужденную, но явно фальшивую улыбку. И чем больше подтверждений каким-то своим собственным теориям она находила в их внешности, тем шире растягивались ее губы.
Тем холоднее становился взгляд. Тем сильнее учащалось дыхание.
