Дабы не быть голословным, полковник даже достал из сейфа пухлый конверт и потряс им перед Ковалевым."
"— Здесь фотографии всех, кого мы могли бы на сегодняшний день подозревать в совершенном преступлении. Как только ваша дочь поправится настолько, что сможет давать показания, эти снимки будут ей предъявлены для опознания. Видите, как их много? Проделана гигантская кропотливая работа! — Гордеев неловко махнул рукой, часть фотографий вывалилась из конверта и заскользила по гладкой полированной поверхности стола прямо к Ковалеву.
Виталий Евгеньевич с любопытством разглядывал лица на снимках.
— Будьте любезны, подайте, пожалуйста, фотографии, мне не дотянуться. — Смущенный своей неловкостью, Колобок быстро собирал снимки со стола.
Первый этап проехали благополучно, отметил про себя Гордеев. Ты подержал в руках фотографию Шумилина и не узнал его. Значит, ты его не помнишь. Немудрено, четыре года прошло, а таких Шумилиных у тебя, как у народного заседателя, не меньше десятка было. Фокус с нечаянно выпадающими из конверта фотографиями Виктор Алексеевич проделывал в своей жизни множество раз.
— Но, — Гордеев убрал конверт обратно в сейф и снова водрузил на нос очки, — среди всех этих людей есть один человек, в отношении которого подозрения особенно сильны, а улики особенно красноречивы. — Он сделал паузу. — Это некто Шумилин Сергей Викторович, 1968 года рождения, племянник президента Фонда поддержки предпринимательства Виноградова.
Ковалев замер, на скулах выступили красные пятна, глаза судорожно заметались.
— Вы… вы уверены? — выдавил он.
Гордеев молчал, делая вид, что перебирает бумаги на столе.
— Нет, — снова подал голос Ковалев, — это какая-то ошибка. Я знаю Сергея… Сережу много лет. Это очень хороший мальчик. Серьезный, добрый, честный. Я, собственно, дружен с Виноградовым… Мы дружим домами… Повторяю, я прекрасно знаю Сережу. — Голос его окреп, он овладел собой и выбрал линию поведения. — Уверен, что это трагическая ошибка. Этого просто не может быть.
«Да, как же, знаешь ты его, — подумал Гордеев. — Может, и слышал от дядюшки, что у него есть племянник Сережа. Но Виноградов тебе наверняка не рассказывал, что племянник получил срок, хоть и условно, за пьяную езду. Иначе бы ты мне тут не пел сейчас, какой твой Сережа серьезный и честный».
Вслух же Виктор Алексеевич произнес:
— Вполне вероятно, что вы правы, Виталий Евгеньевич. Версия, как говорится, сырая, мы сами пока ни в чем не уверены.
