– Черт, мне пока и не хватит денег расплатиться за все это, – виновато сказала я, выискивая взглядом хозяина дома. Фостер мягко обхватил своими руками мои щеки и поцеловал. Мне хотелось прекратить это, ведь странное ощущение, будто над нами висит огромное облако из нерешенных вопросов, не отпускало меня ни на секунду. Однако пока своим языком он ласкал мои губы, а из его горла доносились такие непривычные звуки, словно Фостер получил доступ к сладостям после десяти лет воздержания, я решила сделать вид, что не замечаю этого облака.
– Это моя зона ответственности, – прошептал он, проводя ладонью по моим растрепанным волосам.
– Фостер, что ты устроил в моем доме? Я собирал эту коллекцию семь лет! – взревел хозяин дома, надвигаясь на нас.
– Никогда не поздно начать заново, прямо как после того случая, когда тебя поймали на махинациях с налогами, а я подкинул тебе самого опытного в этом вопросе правозащитника. – Усмехнулся Джефри и, переплетя наши пальцы, повел меня к своему автомобилю.
– Чертов ублюдок!"
"– И именно поэтому я выпишу тебе чек, – бросил он, прежде чем мы сели в машину и отправились домой.
Он пытался заговорить со мной в дороге, но я была так поглощена своими собственными раздумьями, что даже не вслушивалась в его слова. Этот факт, ах да, еще то, что Джефри оттрахал меня мадлером, а затем и своим членом в винном погребе Роланда Круза сразу после того как признался в стольких вещах, вызывал во мне странное чувство опустошения. Я не могу уверять, что после его слов почувствовала холод, вовсе нет.
Наоборот, это было такое обжигающее тепло, что я удивлялась, как еще мое сердце не превратилось в уголек, но я сталась сдерживать этот пал на маленькой территории и не позволять ему охватить все живое, что еще было во мне.
– Барбара, может, уже пойдем в дом? – спросил он, и тогда я оглянулась и поняла, что мы остановились на подъездной дорожке особняка.
– Это ничего не меняет, – не глядя на него, сказала я. Его тяжелый выдох коснулся моей все еще влажной от пота шеи и зашевелил растрепанные волосы.
Мне так хотелось услышать правду о его чувствах. Я готова была пойти на все, чтобы заставить его открыться, ощущение победы всегда было одним из моих любимых наслаждений в жизни. И я думала ровно до момента, когда заставлю его признаться. Но что делать после, я понятия не имела.
– Это меняет все.
– Тогда давай поговорим.
– О чем? – моментально вспыхнул он.
– О прошлом, о тебе и обо мне.
