Вместо этого я думаю о другом — какой толк ему с девушки, вроде меня? Он должен спать с модельками. Эффектными девицами, которые одним своим видом могут обеспечить крепкий стояк. Я могу легко представить, как он их трахает, намотав копну заламинированных волос на руку.
Но не меня. Явно не меня. Зачем ему моя невинность? Черт.
Может, это какая-то игра? Новые ощущения для него? Наиграется и пустит пулю мне в лоб, закопав где-нибудь в лесу."
"Я подавляю вскрик, когда он снова склоняется надо мной. Поверхность постели возле головы продавливается, когда он упирается в него ладонями.
— Расскажешь потом, сколько денег тебе нужно будет, чтобы забыть все, что сегодня с тобой случится, — произносит он, а я содрогаюсь, чувствуя жар от его тела.
Ощущая на лице его дыхание. Я понимаю, что сейчас всё произойдет — говорить со мной он больше не будет. Видимо, решил, что хватит с нас разговоров.
Черт. Главное, чтобы это не было дико больно. Главное, чтобы он не понял, что я могу быть не невинна. Он не освободит мои руки, а, значит, подделать кровь я не смогу.
Меня начинает колотить нервная дрожь, потому что все вот-вот должно разрешиться. Ожидание убивает. Я хочу, чтобы все закончилось как можно скорее, поэтому сама тянусь к нему с поцелуем.
Лишь бы спровоцировать. Отвлечь. Может, он увлечется и вообще ничего не заметит.
Как же страшно. Страшно прикасаться к нему так. Я выпускаю язык, провожу неуверенно по контуру его губ, и получаю в ответ жесткий, почти убийственно внезапный для меня поцелуй.
Это не мои дурацкие попытки изобразить нежность, как я делала это с парнями. Когда его рот встречается с моим, мне кажется, что я не могу даже сделать вздох. Я не думала, что можно так… так подчинять языком. Губами. Почти профессионально забирать мою поцелуйную невинность. Все поцелуи до этого можно назвать чисто платоническими. Этот — квинтэссенция разврата и греха. Яд, отравляющий мою кровь и темным дымом проникающий в легкие.
— Ка… Камиль, — пытаюсь произнести непослушным языком я его имя, когда мужчина прерывается.
Скользит губами по щеке, оставляя влажную дорожку, опускается к шее. Я ощущаю, как между ног растет странное напряжение. Покалывание. Приятное, томительное, тянущее.
Он точно отравил меня. Мое тело. Оно мне не подчиняется. Вся комната словно в тумане, и я могу только обрывками запечатлевать в памяти моменты. Запахи. Мое прерывистое дыхание, когда зубы больно сжимаются на шее и тут же место укуса обжигает прикосновение губ.
