В спальне Эван и дворецкий уже все подготовили: набили подушками постель, чтобы издалека было похоже на силуэт человека под одеялом, и задернули тяжелые портьеры, чтобы внутрь почти не проникал лунный свет. В темноте неудавшемуся убийце будет проще ошибиться.
— Может, останешься с дамой? — спросил Эван. — Ей будет с тобой спокойнее.
— Замолчи, — отмахнулся я.
Его волновало не спокойствие Эвелин. А я был упрям, как бык. И не собирался отсиживаться в стороне.
— Что ж. Тогда я залезу в шкаф, а ты спрячешься в ванной комнате, — Эван, поняв, что переспорить меня ему не удастся, не стал скрывать обреченного вздоха.
— Что делать мне, мистер Эшкрофт? — с бесстрастным лицом спросил дворецкий.
— Хм... — друг окинул комнату задумчивым взглядом. — Становитесь за самой дальней портьерой. Вряд ли он выберет то окно, слишком близко к углу здания.
Он кивнул, и мы разошлись по своим местам. Я оставил дверь чуть приоткрытой, чтобы следить за тем, что происходило в спальне, и смахнул выступившую на лбу ледяную испарину.
Мы с Эваном были в середине позднего ужина, когда сообщили, что один из моих ""воробьев"" стоял на пороге особняка. Событие уже из ряда вон. То, что он рассказал потом, выбило на несколько мгновений у меня из груди весь дух."
"Кто-то расспрашивал о моем особняке. О расположении комнат. Об окнах. О том, навещал ли нас в последние пару дней доктор. Не привозили ли светловолосую девушку с забинтованной головой. Видел ли ее кто-то. Собирали сведения и о слугах.
Как давно они у меня трудились, какое получали жалование, не было ли у них жизненных трудностей.
Последней каплей стал прошедший этим вечером клич среди беспризорников: нужны были смышленые, глазастые и быстрые мальчишки, чтобы покараулить несколько улиц как раз вокруг моего особняка. Говорили, что в какой-то момент понадобится отвлечь внимание: что-то поджечь или выстрелить.
«Обеспечить отход» — так это называлось.
Сложить два и два было очень легко.
Кто-то намеревался прокникнуть в мой особняк.
И целью являлась Эвелин, не зря ведь задавали вопросы о докторе и о светловолосой девушке с повязками на голове.
В тишине, в которую погрузилась спальня, раздался громкий шорох.
Отбросив все прочие мысли, я приник лицом к небольшой щели.
Он вылез из окна бесшумно. Ступал неслышно по паркету, и в темноте было трудно что-либо различить, но я увидел в его руках мешок. Эвелин собирались похитить? А не убить?..
