«Мерзавец!»
И Руди, не прекращая процедуру, принялся размышлять над тем, что он сделает с Абедалофом сразу после того, как наглый и везучий выскочка потеряет покровительство директоров-наблюдателей. А в том, что он его потеряет, Йорчик не сомневался: таких тупых уродов, поднятых с самых низов, директора-наблюдатели использовали разово, для наиболее грязных проектов, а затем безжалостно выбрасывали. Руди живо представил, как встречает бредущего по обочине Арбедалочика, сажает в свой роскошный автомобиль и отвозит в загородный дом, в подвале которого уже нетерпеливо мнется мускулистый палач в красном…
— И-и-ы-а! — Еды не оставалось, рыбкам предлагался желудочный сок, избавляться от которого Йорчик терпеть не мог.
— И-и-ы-а!
— А я ей отвечаю: «Красавица! Я — честный цепарь, к тому же с Галаны, поэтому больше двух таллеров ты не получишь!»
Палубные дружно заржали.
— И ушел? — поинтересовался один из них, утирая слезу.
— И ушел, — подтвердил Абедалоф. — Клянусь твоими кишками.
— Моими не надо.
— Так ведь ты спросил.
— Еще один взрыв хохота. Арбедалочик повернулся к разогнувшемуся наконец профессору и осведомился: — Руди, с вами все в порядке?
— Да, — подтвердил действительный член Галанитской Академии Наук.
Стыдно так, что лучше утопиться, а потому Йорчик заставил себя держаться предельно высокомерно.
— В таком случае, давайте одеваться, профессор, — предложил Абедалоф, без стеснения меняя куртку и брюки на теплое белье, толстый свитер и шерстяные носки. — Хоть и лето, но под водой, знаете ли, холодно.
— Знаю, — хмуро отозвался Руди."
"— А я и не сомневался в вашей образованности, профессор, ни капельки не сомневался.
— Рад слышать, директор.
— Хорошо, что мы понимаем друг друга.
Цепари, помогавшие Абедалофу облачаться в водолазное снаряжение, обменялись ехидными ухмылочками, которые Йорчик предпочел «не заметить». Не время, сейчас — не время, подождем, когда на сцену выйдет палач в красном. Сначала он обработает Арбедалочика, а потом — его прихвостней, всех прихвостней, всех этих палубных, водолазных, рулевых и прочее быдло, которое восторженно смотрит Абедалофу в рот.
Все эти заурядные, ничего не добившиеся подонки обязательно заплатят…
— Ваша очередь, господин профессор, — почтительно произнес цепарь.
— Что?
Руди думал, что ему придется приложить какие-то усилия, придется напрячься, но в действительности все свелось к банальному исполнению несложных распоряжений: «Руки поднимите, пожалуйста, господин профессор. Ступите сюда.
